Книго

---------------------------------------------------------------
     © Copyright Родион Белецкий
     Email: [email protected]
     Date: 08 Aug 2000
     Охраняется законом об Авторском праве РФ
     Постановка пьесы невозможна без письменного согласия автора.
---------------------------------------------------------------
     (
Комедия в двух действиях
)
     
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
:
     
ИЛЬЯ
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА -
 мать Ильи
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ -
 отец Ильи
     
ВОВКА
 - друг Ильи
     
АЛЁНА
АЛЬБИНА
СВЕТА
КАПИТАН МИЛИЦИИ

КВАРТИРА  CКУЧЕНКОВЫХ.  Все события будут происходить  в трех местах: в
прихожей, на кухне, в комнате Ильи.
     Комната   ИЛЬИ.   ИЛЬЯ   и   ГАЛИНА   ВАСИЛЬЕВНА.   Илья   день   назад
демобилизовался. Он коротко стрижен  и мрачен. ИЛЬЯ сидит на диване,  ГАЛИНА
ВАСИЛЬЕВНА стоит над ним.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Плевать на  нее! И не спорь со мной,  сынок.  Я этих
(
ГАЛИНА   ВАСИЛЬЕВНА  выпускает  слово
)  прости  Господи,   знаешь,  сколько
насмотрелась у себя  в  отделении! Приходит  такая,  тихая, глазки  потупит,
прямо, ангел божий! Начинаешь ее обследовать, а у нее  целый букет.... Ну ты
понимаешь, сынок, о каком "букете" я говорю.
     ИЛЬЯ: Понимаю, мама, понимаю.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Спрашиваю ее, связи  были? Она  сперва,  сю-сю-сю,
меньжуется, а потом, были, говорит.
     ИЛЬЯ: Ты меня всем этим хочешь утешить?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: И  не расстраивайся, сынок, не дождалась, ну и леший
бы с  ней!  Была у тебя  Танька, будет Любка, или Клавка. У моей  подруги...
Надежда, с бельмом такая, помнишь?
     ИЛЬЯ: Нет.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Так  вот  у  нее  дочка  есть. Золото!  Красавица!
Скромница непорочная.
     ИЛЬЯ: Мама, не надо мне твоих девушек. Я знаю, что это такое.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Не  хочешь, сынок, как  хочешь.  Ты  теперь у меня
мальчик  взрослый. Должен сам  все  решать.  Тебе  теперь  главное,  в жизни
определиться.  А  то меня уже отец замучил,  что  он собирается делать,  чем
заниматься,  всю ночь спать не давал, спрашивал. У  меня одна знакомая есть.
Прекрасная женщина. У  меня  лечится. Проректором в институте работает. Я  с
ней говорила насчет тебя. Она мне, кровь из носу, обещала тебя без экзаменов
принять. На инженера морозильных установок будешь учиться. Профессия  на всю
жизнь!
     ИЛЬЯ: Я в театральный хочу поступать.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА: Опять  он  за свое! Хорошо,  не хочешь учиться, иди
работай.
     ИЛЬЯ: Я хочу учиться. На актера.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Мы же с тобой обо всем уже договорились.
     ИЛЬЯ: Ни о чем мы не договорились.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну ходил ты в эту театральную школу, ну и что? Ходил
для общего воспитания.  Ты  на своих одноклассников посмотри, кто-нибудь  из
них в артисты пошел?
     ИЛЬЯ: Пошел. Вовка пошел. В ГИТИСе учится.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Вовка всегда  был дурак-дураком.  Не пришей кобыле
хвост. Таким и остался. А посмотри, остальные? Серьезными делами занимаются.
Деньги зарабатывают.  А  ты  что,  опять собираешься у  матери родной на шее
сидеть?
     ИЛЬЯ: Не собираюсь.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты же ходил до армии,  на  все эти  туры-перетуры  и
ничего из этого не вышло. И хорошо. Тем более тебе уже поздно поступать.
     ИЛЬЯ:  Ты  во всем  виновата!  Ты  меня  сколько  лет от  армии  бегать
заставляла. Все равно забрали.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Я хотела как лучше. А  теперь, конечно,  легко мать
родную обвинять, которая жизнь за тебя положила!
     
На глазах у ГАЛИНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ появляются слезы.
     ИЛЬЯ:(раздраженно) Хватит тебе, мам. Знаю я все твои штучки!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Кого я вырастила-выкормила! Грубияна неблагодарного!
Даже сердце заболело. Вот помру, жалеть будешь, но будет уже поздно!
     ИЛЬЯ:  Ну хорошо, мам,  прости. Прости  меня,  пожалуйста. Ну  что  мне
теперь, на колени встать?
     
Но тут ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА резко перестает рыдать.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вроде, в дверь звонили.
     ИЛЬЯ: Я не слышал.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Неудивительно! Отцу еще рано.
     ИЛЬЯ: Это Вовка. Я с ним по телефону говорил.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Я тебе ничего такого не  внушаю,  но  твой  Вовка -
поганец из поганцев! За два года  ни разу не написал. А прошлым летом, перед
тем, как к  тебе ехать,  зашла к нему, черкни говорю, другу,  а он  говорит,
привет ему передайте. Одно слово, поганец.
     ИЛЬЯ: Может, он чем-то занят был.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Занятой поганец.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА  идет в прихожую и  открывает дверь.  На пороге стоит
ВОВКА - друг ИЛЬИ.
     ВОВКА: Здравствуйте.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Здравствуй, Вовочка!  Здравствуй, милый. А я  только
что у Илюши спрашиваю, что забыли тебя друзья твои верные,  пока ты в  армии
был? Вот, Вова что-то  не заходит. А как  дружили, как  дружили!  С детского
сада еще. Помню, ты Илюшке автомат сломал, а он тебя так и не выдал.
     ВОВКА: Мы и сейчас дружим.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Вижу,  вижу, молодцы!  Ну вы  развлекайтесь  здесь,
мальчики, курите сигареты.... Небось и выпить с собой принес?
     ВОВКА: Нет, честное слово. Здорово!
     
ВОВКА бросается к ИЛЬЕ, который тоже вышел из комнаты, и обнимает его.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА: А если  и принес,  то  не беда, если по рюмочке, за
встречу. Илюшке после армии расслабиться надо.  А я пойду в магазин. Мне еще
отца кормить надо.
     
ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА  уходит.  ВОВКА  сразу  направляется  на кухню, ИЛЬЯ
следует за ним.
     ВОВКА: Как дела? Чего кислый такой?
     ИЛЬЯ: А что, веселится мне прикажешь?
     ВОВКА: Да! Да! Ты же из армии пришел! Два года отпахал! Теперь свобода!
Воля! Девки!
     ИЛЬЯ: Неопределенность. Неприкаянность. Отсутствие гражданской одежды и
денег.
     ВОВКА: Ладно  прибеднятся.  Мама тебе все купит.  Ты лучше расскажи как
армейка? Ты портянки носил?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: А из автомата стрелял?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: А "деды" у вас были?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: Спасибо за интересный рассказ.
     ИЛЬЯ: Танька мне вчера сказала, что все эти два года с хоккеистом жила.
     ВОВКА: Вот стерва-то.
     ИЛЬЯ: Ты же все знал.
     ВОВКА: Знал.
     ИЛЬЯ: Чего ж не написал?
     ВОВКА: Огорчать тебя не хотел.
     ИЛЬЯ: Спасибо тебе.
     ВОВКА: Страдаешь. Да хрен с ней, забудь. Знаешь сколько девиц на свете?
Миллионы.  И  все не  против. У  меня в  институте,  знаешь, сколько  бродит
голодных, как волчицы. Хочешь тебе приведу какую-нибудь?
     ИЛЬЯ: Ты не понимаешь.
     ВОВКА: Что?
     ИЛЬЯ: Я жениться хотел. Я любил ее, я ей верил.
     ВОВКА:  Ты  странный  человек, всем  веришь.  Как  ребенок, ей-богу.  А
Танька, с таким же успехом можно было верить телевизору!
     
ВОВКА открыл холодильник.
     ВОВКА: Где у тебя селедка.
     ИЛЬЯ: Нету.
     ВОВКА: Странно. Что ж, придется есть колбасу.
     ИЛЬЯ: Вов, я решил все-таки  попытаться  в театральный. Ты  меня можешь
послушать?
     ВОВКА: Могу, конечно. Ты серьезно?
     ИЛЬЯ: А что?
     ВОВКА: Ничего.
     ИЛЬЯ: И что ты этим "ничего" хочешь сказать?
     ВОВКА: Ничего.
     ИЛЬЯ: Ты -то хоть меня не отговаривай! Не хочешь помочь, так и скажи!
     ВОВКА: Почему, я хочу.
     ИЛЬЯ: Тогда, помогай.
     ВОВКА: Прямо сейчас?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: Хорошо. Что ты собираешься читать?
     ИЛЬЯ: То что до армии читал. Тютчева.
     ВОВКА: А других стихов ты не знаешь, что-нибудь веселенькое?
     ИЛЬЯ: Знаю. Но хочу это. Оно мне близко.
     ВОВКА: Ладно.
     
ВОВКА садится на табурет, напротив стоящего ИЛЬИ.
     ВОВКА:  Давай,  читай.  Представь, что  я  приемная  комиссия.  Из  ста
двадцати членов.
     ИЛЬЯ: Так много не бывает.
     ВОВКА: Бывает. Давай.
     
ИЛЬЯ  сразу зажимается, становится деревянным, еле выдавливает  из себя
слова.
     ИЛЬЯ: Федор  Иванович Тютчев. Кораблекрушение. "Надежда и  любовь - все
все погибло. А сам я бедный обнаженный труп..."
     
Неожиданно  ВОВКА  начинает смеяться. Он  пробует остановиться, но смех
душит его.
     ИЛЬЯ: Что такое?
     ВОВКА: Ничего.
     
Еще один приступ смеха, который ВОВКА с трудом подавляет.
     ИЛЬЯ: Если ты пришел издеваться надо мной, тогда уходи.
     ВОВКА: Прости меня. Я не сдержался.
     ИЛЬЯ: Что значит, не сдержался?
     
ВОВКА опять хохочет, затем подавляет смех.
     ИЛЬЯ: Я не собирался тебя веселить.
     ВОВКА: Конечно-конечно. Это я виноват.
     
ВОВКА прыскает от смеха.
     ИЛЬЯ: Ну все...
     ВОВКА: Прости, извини. Больше не повторится. А проза у тебя какая?
     ИЛЬЯ: Достоевский, "Записки из подполья", отрывок.
     ВОВКА: А что, хорошо. И совсем не мрачно.
     ИЛЬЯ: Читать?
     ВОВКА:   Слушай,  давай  завтра  начнем.  С  утра.   Я  сегодня  что-то
легкомысленно  настроен. Нет, программу я тебе  обязательно  помогу сделать.
Будешь читать как Юрский.
     ИЛЬЯ: Опять издеваешься?
     ВОВКА: А сейчас пойдем  прошвырнемся. К нам в  общагу.  Там  перец один
есть. Каждый день свой день рожденья справляет.
     ИЛЬЯ: Зачем это?
     ВОВКА:  Плохо что ли, каждый день праздник? Пойдем. Там клево. Девки на
столах танцевать будут.
     ИЛЬЯ: Не пойду.
     ВОВКА: Да перестань. Дома что ли будешь сидеть?
     ИЛЬЯ: У меня дела есть.
     ВОВКА: Знаю я все твои дела.
     ИЛЬЯ: Только не надо пошлить.
     ВОВКА:  Уговорил.  А  можно  я  тогда бутылку  коньяку  у  тебя возьму.
Неудобно без подарка идти.
     ИЛЬЯ: Бери.
     
ВОВКА берет из холодильника бутылку, а заодно и батон сухой колбасы.
     ВОВКА: Ну, бывай. Я пошел.
     ИЛЬЯ: Пока.
     
ВОВКА выходит из квартиры. Илья закрывает за ним дверь и слышит, как он
прыскает  на лестнице. ИЛЬЯ идет  в свою комнату, подходит  к своей кровати,
засовывает руку под подушку  и достает  оттуда  "еженедельник",  садится  на
кровать и раскрывает его.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ.
КВАРТИРА СКУЧЕНКОВЫХ
     Раздается дверной звонок.  ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выходит из кухни, подходит
к входной двери и впускает в квартиру ИЛЬЮ. Целует его.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Как измоталась,  как  измоталась сегодня за  день.
Прямо как  тряпка. Отожми и брось. До обеда УЗИ. А в обед и крошки в  рот не
положила. Успела только котлет несчастных купить.
     ИЛЬЯ: Мне никто не звонил?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не звонила твоя Танька-шманька!
     ИЛЬЯ: При чем здесь она?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А что я такого сказала, чтобы сразу мать оскорблять?
     ИЛЬЯ: Все, я молчу.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Куда ходил, сыночек?
     ИЛЬЯ: Во Щепкинское училище про первый тур узнавал.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сегодня же я отцу скажу про твои щепки. На меня тебе
наплевать, так его послушаешься. У него разговор короткий, ты знаешь.
     ИЛЬЯ: Знаю, знаю. Дай поесть.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Погоди на кухню идти. Ты Веру Исаковну помнишь?
     ИЛЬЯ: Нет.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Жизнь  нашу  приходила  страховать.  У нее еще  на
макушке лысинка.
     ИЛЬЯ: Не помню.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Так у нас сейчас дочка ее на кухне сидит.
     ИЛЬЯ: Какая дочка?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Замечательная девушка. Натуральная блондинка.  Очень
много про тебя слышала и хочет с тобой познакомиться. (кричит) Альбиночка.
     ИЛЬЯ: Да ты что?! Какая Альбиночка? Зачем ты ее привела?! Я ухожу!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: И не думай об этом. Человек ждет. Все. Я в гости. Вы
должны друг другу понравиться!
     ИЛЬЯ: Мама, ты чудовище.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Шампанское в холодильнике.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА закрывает за собой дверь. ИЛЬЯ остается стоять. Затем
поворачивается и  идет на  кухню.  Встает в дверях. За кухонным столом сидит
девушка.
     ИЛЬЯ: Здравствуйте. Меня зовут Илья.
     АЛЬБИНА: Альбина.
     ИЛЬЯ: Очень приятно. Может быть пойдемте посидим в мою комнату.
     АЛЬБИНА: На что вы намекаете?
     ИЛЬЯ: Там удобнее.
     АЛЬБИНА: Не надо.
     
ИЛЬЯ  пожимает  плечами, проходит и садится за  стол напротив  девушки.
Молчанье.
     ИЛЬЯ: Какое у вас необычное имя. Альбина. Очень редкое.
     АЛЬБИНА: У меня и отчество редкое.
     ИЛЬЯ: Какое, простите.
     АЛЬБИНА: Эрастовна.
     ИЛЬЯ: Да, действительно.
     АЛЬБИНА: А фамилия обычная - Попова.
     ИЛЬЯ:  А у  меня  в  армии был  сослуживец,  так  у него  фамилия  была
американская  -  Джонсон.  Серьезно.  Я  сперва  не  верил,  так  он  мне  в
доказательство военный билет показал. А там прямо так и написано - Джонсон.
     АЛЬБИНА: А вы почему усы не носите?
     ИЛЬЯ: Не знаю. Но вообще они у меня густые растут. Я пробовал. А еще  у
одного парня из пятой роты фамилия была Четыре.
     АЛЬБИНА: Это же цифра.
     ИЛЬЯ: Правильно, цифра. А у него это была фамилия. Выпить не хотите?
     АЛЬБИНА: Хочу. Только с закуской.
     
ИЛЬЯ   встает,   открывает   холодильник  и  достает   оттуда   бутылку
шампанского, бокалы и коробку.
     ИЛЬЯ: Шампанское и конфеты!
     
ИЛЬЯ открывает шампанское.
     АЛЬБИНА: Вы специально бутылку на меня направили?
     ИЛЬЯ: Нет. Простите.
     
ИЛЬЯ разливает шампанское, открывает конфеты.
     ИЛЬЯ: Давайте перейдем на "ты".
     АЛЬБИНА: Вы переходите, а мне еще рано.
     ИЛЬЯ: Хорошо. Давайте выпьем просто так. За любовь.
     АЛЬБИНА: Что вы имеете в виду?
     ИЛЬЯ: За дружбу.
     АЛЬБИНА: Согласна.
     
Чокаются, выпивают, закусывают.
     ИЛЬЯ:  Еще  была  одна история. Стоял один узбек  на посту, а мимо него
проходил генерал. И он этого генерала, представляете, генерала, на  взлетную
полосу положил и заставил его плашмя лежать до прихода разводящего.
     АЛЬБИНА: Мамочки.
     ИЛЬЯ: Представляете. И ничего этому узбеку потом не сделали, потому что
он точно по уставу действовал.
     АЛЬБИНА: Мама.
     ИЛЬЯ: Что с вами?
     АЛЬБИНА: Мне плохо. Мне спиртного совсем нельзя.
     ИЛЬЯ: А зачем же вы пить стали?
     АЛЬБИНА: Потому что вы мне предложили.
     ИЛЬЯ: Я?
     АЛЬБИНА: Боже, какие же все мужчины лживые. Ненавижу вас.
     ИЛЬЯ: За что?
     АЛЬБИНА: Отвратительные,  мерзкие предатели.  Сколько вам  хорошего  не
делай, вы  все  равно гадость в  ответ. Подлые негодяи. Пять лет обещал жену
бросить, а я ждала его, как дура.
     ИЛЬЯ: Кого ждали?
     АЛЬБИНА: Вы его не знаете. Ой, мне совсем плохо. Где у вас?
     ИЛЬЯ: В коридоре.
     
АЛЬБИНА быстро снимает сережки.
     АЛЬБИНА: Подержите, а то они всегда падают. Ненавижу вас.
     
АЛЬБИНА выбегает из кухни..
     ИЛЬЯ: Дурак я, дурак. Ведь предлагали на сверхсрочную остаться.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ
Кухня. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА и ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ - папа ИЛЬИ.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я тебе утром дала сто тысяч.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну я пообедал.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать тысяч.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Газету купил.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Тысяча.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Две.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не нужна тебе такая газета! Пойдем дальше.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Туда-сюда, осталось какая-то мелочь.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать две тысячи ты истратил. Где остальное?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя, можешь мне не верить, но я их потерял.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять?!
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ молчит.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять себе журналов с бабами накупил?
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ молчит.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Какой пример ты подаешь своему сыну.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Он уже взрослый. И потом я их прячу.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Плохо прячешь. Он их нашел вчера.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это те которые в духовке?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: А обратно положил?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Мальчику сейчас трудно. Он узнал,  что  эта девка с
которой он переписывался все два года встречалась с другим.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это которая, Татьяна?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да. Татьяна.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: А что ты кричишь, я все слышу.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Он переживает. Мало кушает и  много курит. Ко всему
этому он решил опять поступать в театральное.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну и что?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты  думаешь, ну и что,  а я думаю, это для мужика не
профессия, как  проститутка,  ей Богу, рожи корчить. Тем более в наше время.
Если б ты был  артист, я бы за тебя ни за что не пошла. Вру ребенку, вот ужо
папа с тобой  поговорит, а  папе  хоть  бы  хрен  по  деревне. Он негритянок
голозадых в сортире разглядывает. Ты должен поговорить с ним.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Нет, ты уж сама.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты должен!
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ
 мотает головой.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты отец!
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ
 мотает головой.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Двадцать.
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ
 опять мотает головой.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Тридцать.
     ЭДУАРД ВАСИЛЬЕВИЧ: Мало. Восемьдесят и пирог в воскресенье.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Пятьдесят и обойдешься без пирога.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Хорошо. Не кипятись только.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА расплачивается с мужем.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сегодня он на прослушивание ходил и не отобрали его.
Даже,  говорит, стихотворение докончить  не дали. Сидит теперь расстроенный.
Нашел  из-за чего. Иди. Внуши ему, чтобы бросал он это  искусство к чертовой
матери. И про личную  жизнь расспроси, чего у него  там.  А то он со мной со
вчерашнего дня не разговаривает. И  это  за все мои труды. Какую девушку ему
нашла. Клад. Не понравилась ему. Обиделся. Думала хоть мужиком станет за два
года-то, куда  там.  Такой же  тюфяк, прости меня  Господи,  грешную! Давай,
топай.
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ покорно входит из кухни и идет в комнату ИЛЬИ. Стучит
в  дверь.  Нет  ответа.  От  открывает  двери.  Илья   сидит  на  кровати  с
"еженедельником" в руках и пишет.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Привет, сынок.
     ИЛЬЯ: Привет, пап.
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ проходит и садится на кровать возле ИЛЬИ.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Что делаешь, сынок?
     ИЛЬЯ: Сижу, пап.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: И я посижу.(смеется один) Что пишешь, стихи?
     ИЛЬЯ: Почти.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ну и как тебе гражданская жизнь, нравится?
     ИЛЬЯ: Нет.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ:  И  мне не нравится. И знаешь, больше всего я сейчас
жалею, что не стал артистом.
     ИЛЬЯ: Ты о чем?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Не важно. А как вообще настроение?
     ИЛЬЯ: Нормальное.
     ЭДУАРД  НИКОЛАЕВИЧ: Это видно. Вот  когда меня в  молодости  обманывали
девушки, я никогда  не падал духом. Я  просто шел  Парк  Культуры, садился в
колесо обозрения,  поднимался  наверх  и бросался  сверху  яйцами. Мне очень
помогало. Когда попадал в кого-нибудь. Ты смотри, а то у  нас в холодильнике
два десятка есть.
     ИЛЬЯ: Да все отлично. Я уже не переживаю.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Это видно. Мать сказала, ты в актеры хочешь?
     ИЛЬЯ: И что?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ:  Я, лично, поддерживаю. Хорошее дело. И  денежное. Я
вон слышал Табаков артист очень богатый. Так что удачи тебе сынок. А на мать
не обижайся. Она тебе добра хочет. Да и мне, к сожалению, тоже.
     
ЭДУАРД  НИКОЛАЕВИЧ хлопает сына  по плечу и выходит из комнаты. Заходит
на кухню.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну что?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Что-что, я  ему говорю, далось тебе это актерство, а
он уперся и ни в какую. Хочу, говорит, на сцену и на экран.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Я  ему  устрою  сцену.  А  из-за  девки  этой  все
расстраивается?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Мне кажется, да.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Когда кажется, крестится надо.
     Эдуард Васильевич крестится.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Нет ума - считай калека.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ.
КОМНАТА ИЛЬИ.
     Прошло  несколько дней. ИЛЬЯ  в другой одежде, чем  в  предыдущей сцене
сидит  на  кровати и что-то  пишет в "еженедельник". Распахивается дверь и в
комнату заходит ВОВКА.
     ВОВКА: Здорово. Что пишешь? Дай почитать.
     ИЛЬЯ: Не дам.
     ВОВКА: Не очень-то и хотелось. Я шел к тебе и всю дорогу думал, как это
вы в  армии вставали по команде. Ведь если ты спишь на  нижней полке и  тебе
нужно  резко  вскочить, ты  обязательно  должен будешь  удариться об верхнюю
полку. Ты вот, к примеру, на какой спал?
     ИЛЬЯ: На нижней.
     ВОВКА: И как у тебя с головой?
     ИЛЬЯ: Тебе весело?
     ВОВКА: Очень. А тебе?
     ИЛЬЯ:  Еще как!  В ГИТИСе  я  тоже пролетел. Час  назад. А  ведь ты  же
сказал, что обо всем договорился.
     ВОВКА: Договорился, чтобы на тебя обратили внимание.
     ИЛЬЯ:  Почти всю  десятку  на второй тур пропустили. Мне  же,  спасибо,
говорят, простите, приходите на следующий год. А мне в следующем году уже на
пенсию пора будет.
     ВОВКА: Ты послушай...
     ИЛЬЯ: Только не  сегодня.  Не обижайся, Вов,  но  сейчас я хочу  побыть
один.
     ВОВКА: А ты что хотел,  чтобы  с  твоей  программой  тебе сразу  диплом
дали?!
     ИЛЬЯ: Ты со мной эту программу сам репетировал.
     ВОВКА: Это  потому что ты уперся, как баран! Ты только вдумайся. что ты
читаешь. "Надежда и любовь  - все, все погибло, а сам я бледный,  обнаженный
труп...". Ну какой же ты, к черту, труп?
     ИЛЬЯ: У меня мироощущение такое.
     ВОВКА: Что ты труп?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: А я чувствую, чем-то здесь пахнет.
     ИЛЬЯ: Это пошлая шутка.
     ВОВКА: Согласен. А про надежду и любовь? Почему это у тебя все погибло?
Посмотри на себя:  здоровая пачка, в дверь не  влезает, руки ноги  на месте,
армейку отпахал,  на улице весна, еды дома -  полный  холодильник. Чего тебе
еще не хватает?
     ИЛЬЯ: Может быть мне чуть-чуть не хватает твоего уважения.
     ВОВКА: Ладно, проехали. А то опять на три месяца обидишься.
     ИЛЬЯ: На два с половиной.
     ВОВКА: Ну ничего, два с половиной я выдержу. Сейчас...
     
ВОВКА выходит из комнаты и  сейчас же возвращается с  большим зеркалом,
которое он снял в прихожей.
     ВОВКА: Вот. Посмотри на себя.
     ИЛЬЯ: И что?
     ВОВКА: Ничего не замечаешь?
     ИЛЬЯ: Нет.
     ВОВКА:  Ты же  СМЕШНОЙ!! Ты что,  сам не видишь?! Тебе и  читать  нужно
что-нибудь  комическое. Зощенко,  может  быть.  А ты  ходишь  и  всех  своим
Достоевским пытаешь.
     ИЛЬЯ: А ты мне их всех смешить прикажешь?
     ВОВКА: Да. А зачем ты тогда в актеры идешь?
     ИЛЬЯ:(очень серьезно) Чтобы что-то сказать миру!
     ВОВКА: Нет,  я лучше  и  правда пойду. Через  два  с  половиной  месяца
созвонимся.
     
ВОВКА хочет уйти, но в это время в комнату заходит АЛЁНА.
     АЛЁНА:(Вовке)  Сколько тебя  можно  ждать?! Я  уже от  скуки  со  всеми
бабками у подъезда переругалась. (Илье) Привет.
     ИЛЬЯ: Привет.
     
"Еженедельник" выпадает из рук ИЛЬИ. Он во все глаза смотрит на АЛЁНУ.
     АЛЁНА:(Илье) У вас книжка упала.
     ВОВКА:(Алене) Зачем ты сюда пришла? Я бы сейчас спустился.
     АЛЁНА: Ничего страшного, правда?
     
ИЛЬЯ, не в силах ответить, только кивает головой.
     ВОВКА: Илья, это Алена. Алена, это Илья.
     АЛЁНА:  Я там  познакомилась с вашей  мамой. Она  у вас  замечательная.
Такая добрая и за вас переживает. Мне кажется, ее легко обидеть.
     ИЛЬЯ: А это точно была моя мама?
     ВОВКА:(Алене) Дорогая, подожди меня внизу, я сейчас.
     АЛЁНА: Пять минут и я ухожу. (Илье) До свидания.
     ИЛЬЯ:(заворожено) Ага.
     
АЛЁНА выходит.
     ВОВКА: Я  вообще пришел попросить тебя сделать мне  одну услугу. Но  не
просто так. За это я дам тебе один очень важный совет.
     ИЛЬЯ: Денег нет.
     ВОВКА:  О  чем  ты?!  Денег - море. Скажи, у тебя родители  на выходные
уезжают?
     ИЛЬЯ: А что?
     ВОВКА: Можно я с одной девицей здесь того-с?
     ИЛЬЯ: С этой?
     ВОВКА: Какая разница.
     ИЛЬЯ: У меня не притон.
     ВОВКА: Я знаю. Можно?
     ИЛЬЯ: Только не на родительской кровати.
     ВОВКА: Лады. Целую в лобик.
     
ВОВКА хочет уйти.
     ИЛЬЯ: Подожди, а совет?
     ВОВКА: Пардон. Я заметил, ты, как из  армии вернулся, стал вместо слова
"табуретка", говорить "тубаретка", а  это грамматически неверно. И потом это
всех шокирует. И меня тоже. Подумай об этом.
     
ВОВКА выходит.
     ИЛЬЯ: Тубаретка?!
     
ИЛЬЯ   подходит   к  зеркалу,   которое   ВОВКА  принес  из   прихожей,
останавливается  напротив него и  улыбается. Правда, вместо улыбки,  у  него
получается какой-то оскал. Так, оскалившись,  он стоит перед зеркалом. Двери
комнаты тихо открываются и в комнату проскальзывает  СВЕТА, девушка одетая в
платье кричащих цветов. Илья отворачивается от зеркала и замечает СВЕТУ.
     ИЛЬЯ: Вы кто?
     СВЕТА: Я - Света.
     ИЛЬЯ: Вы к матери пришли?
     СВЕТА: Нет,  к вам.  Галина Васильевна  сказала, что  вы хотите со мной
познакомиться.
     
ИЛЬЯ выбегает в прихожую.
     ИЛЬЯ:(кричит)  Мама,  ну  сколько можно?!  Устроила  здесь,  блин,  дом
свиданий! Мама!
     СВЕТА: Она ушла. А что вы хотели?
     
ИЛЬЯ возвращается в комнату.
     ИЛЬЯ:  Дело в  следующем, моя мама насильно знакомит меня с  девушками,
потому что я, наверное, кажусь ей одиноким.
     СВЕТА: Выглядите вы одиноким.
     ИЛЬЯ:(почти про себя) Хорошо, что не смешным. А теперь я прошу, уйдите,
пожалуйста.
     СВЕТА: Вы меня выгоняете?
     ИЛЬЯ: Угадали с первой попытки.
     СВЕТА: Я уйду, но сперва ответьте, что вам снится по ночам?
     ИЛЬЯ: Ничего.
     СВЕТА: Одинокий ребенок стоящий на перекрестке, угадала?
     ИЛЬЯ: Нет.
     СВЕТА: Свеча на ветру?
     ИЛЬЯ: Нет. Уйдите, я вас умоляю.
     СВЕТА: Газовый платок, который, кружа, падает в бездну...
     ИЛЬЯ: Вы человеческий язык понимаете?
     СВЕТА: И тогда вам кажется, что мир - это жадная пасть, поглощающая все
живое.
     
ИЛЬЯ решительно берет СВЕТУ за руку и тащит ее к выходу.
     СВЕТА: Все мы расстраиваемся. Вы из-за одиночества, я из-за красоты.
     ИЛЬЯ: Какой еще красоты?
     СВЕТА:  Своей. Нелегко быть такой привлекательной. Этот образ  холодной
красавицы, он надоедает.
     ИЛЬЯ: Я вам сочувствую.
     
ИЛЬЯ распахивает входную дверь.
     СВЕТА: Знаете, почему  вы меня выгоняете? Потому что я вам понравилась,
но вы не хотите признаться себе в этом.
     ИЛЬЯ: До свидания.
     
ИЛЬЯ пытается закрыть дверь.
     СВЕТА: Вы уже готовы подчиниться мне. Поцелуйте меня!
     ИЛЬЯ: Уберите, пожалуйста, ногу.
     СВЕТА: Разве вы не чувствуете искру пробежавшую между нами.
     ИЛЬЯ: Никакой искры не было. Уберите ногу, я вам сейчас ее прищемлю.
     СВЕТА: Вы уже любите. Не обманывайте себя.
     ИЛЬЯ: Поздно. Я уже обманул.
     
ИЛЬЯ  захлопывает  дверь.  Только он на  шаг  отходит  от  нее, как она
распахивается снова.
     СВЕТА:(с порога) Нет, это не дом свиданий. Это дом разбитых сердец.
     
ИЛЬЯ  бросается к  двери,  захлопывает  ее снова  и  поворачивает,  для
верности, несколько раз ключ.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ
     В темноте слышатся глухие равномерные удары. Включается свет.
     КУХНЯ.  ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА стоит за столом и железным молотком  отбивает
мясо. На кухню заходит ИЛЬЯ и останавливается у матери за спиной.
     ИЛЬЯ: Мама, что ты делаешь?
     
Мама молча и размеренно бьет молотком.
     ИЛЬЯ: Мама, я тебя спрашиваю, что ты делаешь?!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Отбивные.
     ИЛЬЯ: Мама, запомни раз и навсегда, никогда больше не  пытайся устроить
мою личную жизнь! Ты запомнила?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что?
     ИЛЬЯ: Я уже большой, мама, прошу тебя это понять.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что понять? Шумно здесь.
     ИЛЬЯ:  А  если ты  не  хочешь  этого  сделать,  нам с  тобой  не  о чем
разговаривать!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что сказал? Не слышу.
     ИЛЬЯ: Все, мама. Чтобы я тебе еще сказал хоть слово!
     
ИЛЬЯ  резко оборачивается и уходит в  прихожую.  Там  он снимает трубку
телефона и набирает номер .
     ИЛЬЯ:(в трубку) Алло, это училище? Здравствуйте. Вы не скажете, когда у
вас прослушивание? (после паузы) Платное? И сколько стоит? Спасибо.
     
Илья   кладет   трубку.   Стоит   в  нерешительности,   затем  медленно
возвращается на кухню. Останавливается  за спиной у матери. Та уже перестала
стучать.
     ИЛЬЯ: Мам.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА молчит.
     ИЛЬЯ: Мама.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да.
     ИЛЬЯ: Ты меня прости. Я погорячился.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ничего. Я привыкла. Тебе денежки нужны?
     ИЛЬЯ: Сорок тысяч всего.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: На сигареточки?
     ИЛЬЯ: В студии МХАТа прослушивание платное сделали.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА: Сынок,  когда я приехала в  Москву учится. Мне было
восемнадцать лет. Я  была невинная девушка. Папу твоего я тогда  не знала. Я
жила на одну стипендию и на варенье, которое высылала твоя бабушка. И тогда,
по глупости своей, я увлеклась одним актером. Он пел мне песни под гитару, а
я  была дурой и слушала его. А кончилось все это  тем, сынок, что этот клоун
ограбил  меня, стащил у меня все, деньги, варенье, мое осеннее пальто и даже
учебник по  анатомии человека. Илюшенька, я не хочу, чтобы ты стал таким же.
И поэтому я с легким сердцем дам тебе денег на  пьянку-гулянку, но только не
на актерство.
     ИЛЬЯ: Хорошо. Дай мне сорок тысяч на пьянку-гулянку.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Нет, сынок.
     ИЛЬЯ: Почему?
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Ты  их  все  равно  потратишь  на  актерство. И  не
сердись, Илюшенька, не злая у тебя мать, а добрая. Сейчас увидишь.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА выходит из кухни и сейчас же на кухню забегает ЭДУАРД
НИКОЛАЕВИЧ. Он подбегает к ИЛЬЕ и сует ему в руку деньги.
     ЭДУАРД  НИКОЛАЕВИЧ: Я  в уборной сидел. Все слышал. Вот,  дерзай, здесь
пятьдесят.  А  тому актеру,  кстати,  я потом рыло начистил. Мать об этом на
знает. И ты ей не говори.
     
Отец  выбегает из кухни. Возвращается ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА у нее в  руках
коробку с прозрачным верхом
.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вот, сыночка, это тоже тебе.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА отдает ИЛЬЕ коробку.
     ИЛЬЯ:  Мам, ты  могла  вовремя  сообразить  и  не дарить  мне  подтяжки
защитного цвета.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я могу поменять. Там другие были, со звездочками.
     ИЛЬЯ: Не надо. Со звездочками еще хуже.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Я хотела подарить  тебе  их на день рожденья.  Нет,
ничего не говори. На день  рожденья я подарю тебе  кое- что получше. Ты отца
не видел?
     ИЛЬЯ: Нет.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА: Наверное,  к соседу пошел.  За  краской. Все  двери
хочет в  квартире  покрасить. Вот,  Илюша, с кого пример надо брать. Золотой
человек!
     
ЗАТЕМНЕНИЕ
     Открывается входная дверь. В квартиру ИЛЬИ заходят АЛЁНА и ВОВКА.
     ВОВКА: В этом доме все сумасшедшие.
     АЛЁНА: А ты уверен, что здесь никого нет.
     ВОВКА: За кого ты меня  принимаешь? Все чисто. Я же твой  герой.  Я все
устроил. Романтическое свидание. Только  я и ты. У меня  даже есть кассета с
песней соловья.
     АЛЁНА: Мог бы, кстати, подарить мне цветы.
     ВОВКА: Цветы - это пошло. Тем более, когда до стипендии две недели. Нам
туда.
     
ВОВКА и АЛЁНА заходят в комнату ИЛЬИ.
     ВОВКА:  Вот  здесь,  в  этом  скромном  жилище, в  этой обители грез  и
бесплодных хотений мы в первый раз познаем друг друга.
     АЛЁНА: Мы с тобой друг друга давно уже познали.
     ВОВКА: Ну зачем  разрушать атмосферу, которую я с таким трудом создаю?!
Если ты, дорогая, хочешь цинизма, надо было так прямо и сказать.
     АЛЁНА: Знаешь, дорогой, уж лучше цинизм.
     ВОВКА: Нет проблем.  (другим тоном, грубо)  Ну-ка,  живо раздевайся и в
койку!
     АЛЁНА: И это по-твоему цинизм. Какой же ты все-таки мальчик.
     ВОВКА: Я - тигр! Я - дикий зверь!
     
ВОВКА бросается на АЛЁНУ, но  в  этот момент раздается дверной  звонок.
ВОВКА и АЛЁНА тут же садятся на кровати.
     АЛЁНА: Кто это?
     ВОВКА: Дача сгорела и его родители домой приехали.
     АЛЁНА: Типун тебе на язык. Может, квартирой ошиблись?
     ВОВКА: Мать это его. Узнаю ее железную руку  на звонке. Теперь точно на
порог не  пустит. Жаль. Здесь так  клево кормили. Приготовься,  сейчас будет
скандал.
     
ВОВКА  выходит  из  комнаты в прихожую  и  открывает  входную дверь. На
пороге стоит ИЛЬЯ.
     ВОВКА: Ты чего пугаешь? Мы же договорились, до девяти.
     
ИЛЬЯ, не отвечая, заходит в квартиру.
     ВОВКА: Что с тобой?
     
ИЛЬЯ молчит.
     ВОВКА: Кто-то умер?
     
ИЛЬЯ молчит.
     ВОВКА: Ну что ты молчишь, как могила предков?
     ИЛЬЯ:(неожиданно кричит) Ура! Целую в лобик!
     
ИЛЬЯ действительно  целует ВОВКУ в лобик и начинает невысоко, но быстро
прыгать на месте.
     ВОВКА: У тебя в армии контузий не было?
     ИЛЬЯ:(продолжая прыгать) Нет.
     ВОВКА: Может были, а ты не помнишь?
     ИЛЬЯ: Меня в студии МХАТа сразу на  третий тур отправили. Преподаватель
у них там есть такой Борисов, знаешь?
     ВОВКА: Станиславского знаю. Борисова нет.
     ИЛЬЯ: Ни разу  меня не остановил. Все что я  читал выслушал.  Потом нас
всех из аудитории выгнали. Стоим, ждем. Выходит парень со списком и начинает
читать: Иванов, Петров, Сидоров... Короче  восемь  фамилий прочитал,  а моей
нет. Ну  я  разворачиваюсь и к  выходу. Вдруг  слышу  за спиной. Эти  восемь
человек  могут  быть  свободны. А Скученков  и  Догма, это еще один  парень,
допускаются  сразу на третий тур.  (кричит) Ура! Потом  ко  мне этот Борисов
подошел  и,  как  ты,  сказал, что мне  нужно  репертуар  повеселее. И  даже
посоветовал Зощенко "Аристократку" подготовить.  А вообще,  говорит, считай,
что ты у меня уже на  курсе.  У  меня Зощенко сборник есть.  Давай побыстрее
сделаем его.
     ВОВКА: Прямо сейчас?
     ИЛЬЯ: Да.
     ВОВКА: Я не могу.
     ИЛЬЯ: Почему?
     ВОВКА: Дело в том, что  у меня сейчас свидание и в твоей  комнате  меня
ждет девушка.
     ИЛЬЯ: Я забыл, мы же договорились.
     ВОВКА:  Вот  именно, после твоего звонка я вряд ли смогу произвести  на
нее впечатление.
     ИЛЬЯ: Все, я ухожу.
     ВОВКА: Очень хорошо.
     ИЛЬЯ: Подожди, это та, которая с тобой заходила?
     ВОВКА: Какая разница?
     
ВОВКА пытается выпихнуть ИЛЬЮ в дверь.
     ИЛЬЯ: Которая заходила?
     ВОВКА: Давай, проваливай.
     ИЛЬЯ: Это она. Ее Алена зовут?
     ВОВКА: Джейн Эйр. Все, гуляй.
     ИЛЬЯ: Я скоро вернусь.
     ВОВКА: Только попробуй.
     
На этих словах ВОВКА выталкивает ИЛЬЮ за дверь.

ВОВКА заходит в комнату. Алена стоит посередине комнаты.
     АЛЁНА: Кто там?
     ВОВКА Илья приперся. На третий тур его допустили. Радости полные штаны.
     АЛЁНА: Он что, тоже артистом хочет стать?
     ВОВКА: Смоктуновским, не меньше.
     АЛЁНА: Как это глупо.
     ВОВКА: Ты же сама актриса.
     АЛЁНА: Хоть сейчас не напоминай.
     ВОВКА: Тогда на чем мы остановились?
     АЛЁНА: На том, что ты тигр.
     ВОВКА: Разве не похож?
     АЛЁНА: Бриться надо, тигр, когда на свидание идешь.
     ВОВКА: С бородой я гораздо интереснее.
     
ВОВКА  обнимает  АЛЁНУ   и  пробует  повалить  ее  на   кровать.  АЛЁНА
отстраняется.
     АЛЁНА: Подожди, я свое белье постелю.
     
АЛЁНА подходит к  кровати, снимает покрывало, берет подушку и  начинает
снимать  с  нее  наволочку.  Тут  ВОВКА  замечает,  лежавший  под  подушкой,
"еженедельник".
     ВОВКА: Ого! Записки молодого Вертера.
     
ВОВКА берет "еженедельник" садится в кресло и принимается перелистывать
страницы
, 
одновременно он расстегивает рубашку, читая, снимает штаны.
     ВОВКА: Так и есть. Дневник. Итак... (
читает
) "Первый день дома. Прямо с
вокзала позвонил Тане. Купил розы, пять штук и поехал к ней. У подъезда меня
остановил  какой-то  парень.  Оказалось, она  жила  с  ним  все  это  время.
Поговорили. Он  хоккеист. Вратарь в дубле  "Торпедо". Розы я выбросил. Потом
пожалел, надо было матери отдать."
     АЛЁНА: Перестань, как не стыдно читать чужой дневник?!
     ВОВКА:  О чем ты говоришь?! Это  мой лучший друг! А у друзей  не  может
быть  секретов. А  потом, вдруг  там про  меня что-нибудь  написано. Мне  же
интересно!
     АЛЁНА: Какой же ты все-таки наглец.
     ВОВКА:  Я не наглец,  я циник, а  это  разные вещи.  Так,  что  дальше?
Следующий день. (
читает
) "Настроение паршивое."(
комментирует
) Конечно, какое
еще может быть настроение. (
читает
) Такая тяжесть на душе, что с трудом ношу
ее.  Не замечаю никого вокруг." (
комментирует
) Это точно. (
читает
) Впрочем и
люди вокруг тоже не  замечают  никого  и ничего, кроме  своих  дел, каких-то
идиотских дней рождений и выпивки."(
комментирует
) Вот чумарик, это же  он на
меня намекает! Я его, можно сказать, постоянно  возвращаю к жизни, а он меня
в своих дневниках еще и обкакивает. Не знал я, что он такой двуличный!
     АЛЁНА:  Человека девушка  бросила. От  расстройства, можно  еще  не  то
сказать, а он,  тем  более, ничего и не сказал, а  написал  в  своем  личном
дневнике, который ты без спросу читаешь.
     ВОВКА:  Какое расстройство?! Ты его  не знаешь!  Сказать, как  мы его в
школе звали? Черный вестник!  Он  всегда  самые плохие новости приносил. Про
контрольную. или  кого выгонять  собираются. И самое удивительное, он это не
специально делал. К нему неприятности сами липнут. Сколько я  его  знаю, его
постоянно бросают девушки. Он, например,  еще ни одной не бросил, а  они его
постоянно! Да и в мелочах  тоже.  Сменную  обувь, помню, у него каждый  день
крали. Всем  классом  в  больницу  ходили  на  практику,  он  один  желтухой
заразился.  Удивляюсь, как на  него  в  армии самолет  не упал. С ним  такое
возможно. Другой бы руки на  себя давно наложил, а он ничего, живет.  Больше
тебе скажу,  для  него неприятности - это нормально. Если бы он  не страдал,
ему было бы скучно жить. Потом все вокруг тебя жалеют, поди плохо?
     АЛЁНА: Я думаю, плохо.
     ВОВКА:  Видишь, и ты  уже поддаешься. А ему только этого и надо. (
опять
заглядывает в "еженедельник", читает
) "Воскресенье  - все плохо, понедельник
- плохо,  Вторник  - отвратительно.  Среда - читал Андреева "Рассказ о  семи
повешенных". (
комментирует
)  Наверное, для  того,  чтобы развлечься. (
читает
дальше
)  "Четверг  -  встретил ее!!"  (
комментирует
)  Кого  это,  интересно?
(
читает
) "Я жил как в тумане, никого не видя вокруг, от  постоянной душевной
боли, но вдруг появилась  она! И все осветилось светом!" (
АЛЁНЕ
) Разве можно
так сказать, "осветилось светом"?
     АЛЁНА: Можно.
     ВОВКА:(
читает
)  Мне  было  достаточно  только  взглянуть  на  нее  и  я
излечился от  всех  душевных ран.  С  первого  взгляда я распознал  ранимую,
близкую мне душу. Как ни коротка была наша встреча, я понял, что ждал ее всю
свою жизнь."  (
комментирует
) Кто ж такая,  вот  бы  посмотреть. Хотя, думаю,
ничего особенного. Его всегда на страшненьких  тянет. (читает)  "Если бы она
была моей женой, я был бы самым счастливым человеком на свете. Алена, Алена,
Алена - бесконечно повторяю я теперь..." Алена! Это же он в тебя влюбился! А
ведь я ему тысячу раз говорил, не влюбляйся в моих баб, а он опять! И что ты
об этом думаешь?
     АЛЁНА: Ничего.
     ВОВКА: Что ты этим "ничего" хочешь сказать?
     АЛЁНА: Не кипятись, мальчик.
     ВОВКА: Я тебе не мальчик, я самец!
     
Внезапно раздается дверной звонок.
     ВОВКА: Вернулся, пылкий влюбленный. Ничего, сейчас потолкуем.
     АЛЁНА: Успокойся.
     ВОВКА: Да не буду я с ним драться, он в стройбате служил.
     
ВОВКА в одних  трусах решительно возвращается в прихожую  и распахивает
дверь.
     ВОВКА: Слушай, у тебя вообще совесть есть, а?!
     
Только теперь  ВОВКА замечает, что на пороге, вместо ИЛЬИ, стоит ГАЛИНА
ВАСИЛЬЕВНА  и ЭДУАД НИКОЛАЕВИЧ. Они с удивлением смотрят на  ВОВУ стоящего в
одних трусах.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Здравствуй, Вова.
     ВОВКА: Галина Васильевна, это я не вам.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Может, ты нас пустишь?
     ВОВКА: Конечно.
     
Родители ИЛЬИ заходят в квартиру.
     ВОВКА: У вас что,  дача сгорела? (спохватывается) Ой,  простите.  А  мы
спортом занимаемся. Я здесь от пола отжимался, а Илья вокруг дома бегает.
     
В квартиру заходит ИЛЬЯ.
     ВОВКА: А вот и он. Тридцать кругов, как с куста?
     ИЛЬЯ: Что?
     ВОВКА: Нет. Пресс качать не буду, и не заставляй. Пока.
     
ВОВКА в трусах выбегает из квартиры.
     ИЛЬЯ: А вы почему вернулись?
.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Отец всю  ночь  с ушами  мучался.  Я  тоже  глаз не
сомкнула. Ничего не помогает. Сейчас его к Раисе поведу.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Не надо к Раисе. Я чувствую, боль стихает.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты что,  хочешь слух потерять? А это  очень  быстро.
Как  медик  практикующий  тебе говорю.  Нагноения,  воспаления,  короче,  не
разувайся...
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА с сумками в руках уходит на кухню.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ:(тихо) Сорвалось. Я почему  на  даче-то  не  остался.
Стихи я начал сочинять. Поэму серьезную.
     ИЛЬЯ: Правда что ли?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Ты еще многого про меня не знаешь. Мы мало общаемся.
Послушай,  начало  такое: "Зигзаг  трубы тянулся по  дому  старой  кладки  и
гражданин нагнулся помочь упавшей бабке..."
     ИЛЬЯ: Нормально.
     ЭДУАРД  НИКОЛАЕВИЧ: На даче сочинять не могу, на улице не могу, в метро
тоже не могу. Могу только  в нашей уборной.  Там  рифма  сразу идет. А вот в
ванной  рядом такого  нет. Я специально больным  притворился, а  видишь, как
получилось.
     
В прихожую быстро заходит ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:(
ИЛЬЕ
)  Мы пошли.  Делай  что хочешь, только  книжек
лучше не  читай,  прости,  сыночек,  но  тебя,  по-моему,  от  них  немножко
замыкает.
     ИЛЬЯ: Мама, пока.
     
Родители ИЛЬИ выходят.  ИЛЬЯ идет  в  свою  комнату. Останавливается  в
центре  ее. Оглядывается.  В  комнате  никого нет.  К ИЛЬЕ  сзади  незаметно
подходит АЛЁНА и трогает его за плечо. ИЛЬЯ дергается, от неожиданности.
     ИЛЬЯ: Ой, я думал, вы ушли.
     АЛЁНА: А где Вова?
     ИЛЬЯ: Убежал.
     АЛЁНА: Бросил меня, значит, здесь.
     ИЛЬЯ: Не знаю.
     АЛЁНА: Привет.
     ИЛЬЯ: Привет.
     АЛЁНА: Ты ведь недавно из армии пришел?
     ИЛЬЯ: Демобилизовался.
     АЛЁНА: Ну и как там?
     ИЛЬЯ: По разному. Курить там начал.
     АЛЁНА: Что, совсем трудно было?
     ИЛЬЯ: Да нет, просто начал и все. А ты чем занимаешься?
     АЛЁНА: Фигней. В театре играю.
     ИЛЬЯ: Не любишь театр?
     АЛЁНА: Не люблю.
     ИЛЬЯ: А что ты любишь?
     АЛЁНА: Цирк  люблю. Смотреть, в смысле. Только я там  не  была с самого
детства.
     
ИЛЬЯ замечает  лежащий на  кресле открытый "еженедельник",  берет  его,
закрывает, подходит к кровати и прячет дневник под подушку.
     АЛЁНА: Прости.
     ИЛЬЯ: Вы его читали?
     АЛЁНА: Да.
     ИЛЬЯ: Смеялись?
     АЛЁНА: Быть таким пессимистом, по-моему, это вредно для здоровья.
     ИЛЬЯ: Я нормально себя чувствую. А вот ты - нет.
     АЛЁНА: А ты откуда знаешь, как я себя чувствую?
     ИЛЬЯ: У тебя на лбу написано.
     АЛЁНА: И что же там написано?
     ИЛЬЯ:(очень серьезно) Что ты способна  на  настоящую любовь, на высокие
чувства, что ты другая, а хочешь всех  обмануть и  строишь  из себя какую-то
дуру.
     АЛЁНА:  Да что ты знаешь  обо мне? Ты,  хороший мальчик.  Сам  врешь на
каждом шагу. Даже в дневнике. "Я люблю тебя, Алена!" Вранье!
     ИЛЬЯ: Я люблю тебя. Это правда.
     АЛЁНА: Душу он распознал ранимую. Так я тебе и поверила. Что ж ты такой
проницательный не распознал, что тебя два года твоя кошелка обманывала?
     ИЛЬЯ: Я догадывался, с самого начала. Просто не хотел ее говорить.  Она
мне письма в армию писала. Я бы без них совсем загнулся.
     АЛЁНА: Вранье! Догадывался он. Все вранье!
     ИЛЬЯ: Ты запуталась.
     АЛЁНА: Иди ты знаешь куда...
     
Раздается  дверной  звонок.  ИЛЬЯ  идет  открывать.  В  квартиру  сразу
забегает  продрогший ВОВКА  в  одних  трусах.  Он тут  же бежит  в  комнату,
поскорей надеть рубашку и штаны. Ругается на ходу.
     ВОВКА: Сколько раз тебе говорил, не влюбляйся в моих баб!
     АЛЁНА: Я не твоя.
     ВОВКА:  Всегда  так  было, в школе, еще помню,  начну  какую-нибудь  за
косички дергать и он тут как тут, тоже норовит дернуть. А после школы, когда
я в тренершу по боксу влюбился...
     АЛЁНА: По боксу?
     ВОВКА:  Представь  себе, красивая и сильная была. Так  вот, он вслед за
мной, в секцию записался. Сам на  спарринг с ней напросился.  Правда, больше
раунда не выдержал.
     АЛЁНА: А ты сколько выдержал?
     ВОВКА: Да я вообще после первого  ее  удара умер. Но не  об этом  речь.
(
ИЛЬЕ
) Я тебе сколько раз говорил, не влюбляйся в моих баб, а ты опять.
     ИЛЬЯ: Вов, честное слово, это выше моих сил.
     ВОВКА: Я, я в нее первый влюбился.
     АЛЁНА: Это что-то новенькое.
     ВОВКА: Да. И очень сильно.
     АЛЁНА: Только никогда мне этого не говорил.
     ВОВКА: Настоящая любовь нуждается не в словах.
     АЛЁНА: А в делах, ты хочешь сказать.
     ВОВКА: Вот именно!
     АЛЁНА: Может быть ты тоже хочешь меня в жены взять?
     ВОВКА: Это как дело пойдет.
     АЛЁНА:  Вы,  ребята,  мне надоели.  Если  вы оба  меня  любите неземной
любовью, вам придется за меня побороться.
     ВОВКА: Драться я с ним не стану.
     АЛЁНА: Я буду принадлежать тому, кто сможет меня рассмешить.
     ВОВКА: Ты серьезно?
     АЛЁНА: Абсолютно.
     ВОВКА: Подожди, когда мы сюда пришли, ты мне уже принадлежала.
     АЛЁНА: А девушки знаешь какие изменчивые.
     ВОВКА: То девушки.
     АЛЁНА: Хам.
     ВОВКА: И как это все будет происходить?
     АЛЁНА:  Вы по  очереди  что-нибудь покажете или  расскажете, и  тот кто
заставит меня засмеяться, тот и выиграл.
     ВОВКА: А щекотать тебя можно?
     АЛЁНА: Нет. Щекотка не считается.
     ВОВКА: Да тебе пальчик покажи, и ты сразу расколешься.
     АЛЁНА: Покажи.
     
ВОВКА с готовностью показывает АЛЁНЕ свой палец, но та серьезно смотрит
на него.
     ВОВКА: Ты что, специально готовилась?
     АЛЁНА: Не важно.
     ВОВКА: Хорошо. Чур я первый.
     АЛЁНА: Ты уже показал, теперь пусть он.
     ВОВКА: Это не считается.
     АЛЁНА: Считается.
     ВОВКА: Не считается. Я  тебе  покажу пьяного  слоника. Ни один человек,
видевший пьяного слоника,  не  мог удержаться от  смеха. Сейчас, только воды
наберу.
     
ВОВКА выбегает из комнаты.
     АЛЁНА:( 
ИЛЬЕ тихо
) Расскажи любой дурацкий анекдот, и я засмеюсь.
     
ВОВКА  забегает  в  комнату  с  полным ртом  воды. Он  останавливается,
выпучивает глаза, оттопыривает  руками уши и, переступая на месте с ноги  на
ногу,  со  странным   звуком,   выпускает   тоненькую   струйку   воды.  Это
действительно смешно, но АЛЁНА наблюдает за его действиями с каменным лицом.
Наконец вода у ВОВКИ заканчивается.
     ВОВКА: Не смешно?!
     АЛЁНА: Нет.
     ВОВКА: Не может быть! Ты специально себя сдерживала!
     АЛЁНА:  Ничего  подобного.  Твои  кривляния меня давно уже не  веселят.
(
ИЛЬЕ)
 Теперь твоя очередь.
     ВОВКА: Он тебе сейчас покажет умирающего лебедя.
     АЛЁНА:(
ИЛЬЕ
) Я жду.
     
Пауза. ИЛЬЯ молчит.
     ВОВКА: Все. Его время вышло. Теперь моя попытка.
     АЛЁНА:(
ВОВКЕ
) Перестань.
     ИЛЬЯ: Я анекдот расскажу.
     ВОВКА: Да он анекдотов-то не знает.
     ИЛЬЯ:  Знаю. Вот этот. Собрались  как-то  Петька  и Василий Иванович  и
решили... решили... Нет. Это нечестно. Я в этом не участвую.
     ВОВКА: Отлично! Значит, я выиграл.
     АЛЁНА: Какой же ты все-таки честный и принципиальный. Наверное дал себе
слово никого просто так не смешить.
     ИЛЬЯ: Ни в этом дело...
     АЛЁНА: А не  просто  так? А  с  выгодой? С  призом?  Посмотри на  меня.
Нравится? Вижу, нравится.  Но  ты все равно  не станешь, потому что ты очень
чистенький. Делайте  что хотите, только меня не  задевайте. Не  лезьте в мой
драгоценный  внутренний мир. Ну и сиди в  своем  дебильном внутреннем мире и
кури бамбук!
     
АЛЁНА поворачивается и выходит из комнаты. Слышится, как за ней хлопает
входная дверь.
     ВОВКА: А про бамбук это было мощно! Ладно, созвонимся.
     
ВОВКА, вслед за АЛЁНОЙ, выбегает из комнаты. ИЛЬЯ остается один.

ЗАТЕМНЕНИЕ
     Открывается  входная дверь. В квартиру  медленно заходит  ИЛЬЯ.  На нем
костюм.  Воротник белой рубашки  расстегнут. Войдя в  квартиру,  ИЛЬЯ  ногой
толкает дверь  и  она захлопывается.  Сейчас  же из кухни появляется  ГАЛИНА
ВАСИЛЬЕВНА. Она в нарядном платье, вытирает руки  об кухонный фартук. ГАЛИНА
ВАСИЛЬЕВНА обнимает ИЛЬЮ, тот пытается высвободиться.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Сыночка,  поздравляю  тебя,  милый  ,  желаю  тебе
счастья, здоровья, работу денежную и жену верную.
     ИЛЬЯ: Ты меня уже поздравляла сегодня утром.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Много не мало. Лишь бы ты был у меня счастлив.
     ИЛЬЯ: Лишь бы я был у тебя за пазухой.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Когда ты,  Илюша, ругаешься на мать, которая  тебя
родила, она не  обижается.  Она мудрая  и понимает,  у  ее  ребенка какие-то
неприятности.
     ИЛЬЯ: Я во МХАТе с третьего тура слетел. Это  конец. Это была последняя
надежда. Больше у меня шансов нет.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну и отлично. Теперь нормальным делом займешься.
     ИЛЬЯ: Каким делом, мама?
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  На  всю жизнь.  Я тебе,  для консультации, привела
специалиста. Отличный профессионал. В твоей комнате сидит.
     ИЛЬЯ: Я же просил тебя никого сюда больше не водить! Ты меня извини, но
я этого профессионала сейчас спущу с лестницы.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сыночка, не делай этого!
     
Но ИЛЬЯ уже быстро идет в свою комнату. Решимость расправиться с гостем
у ИЛЬИ сразу пропадает, когда он видит сидящего в кресле КАПИТАНА МИЛИЦИИ.
     ИЛЬЯ:(от неожиданности) Здрасте.
     КАПИТАН: Здравствуйте,  здравствуйте,  молодой человек. Меня зовут Петр
Алексеевич.
     ИЛЬЯ: Меня зовут Илья.
     КАПИТАН: Очень приятно. Дайте пожму вашу руку.
     
ИЛЬЯ с опаской протягивает КАПИТАНУ руку. Тот энергично трясет ее.
     КАПИТАН: Матушка ваша сказала мне, что  у вас  сегодня день рожденья. Я
вас искренне поздравляю.
     ИЛЬЯ: Спасибо.
     КАПИТАН:  Жаль,  что  не  узнал об этом раньше.  Но  ничего, пока сидел
здесь, придумал вам подарок. Я вам его позже подарю.
     ИЛЬЯ: Какой подарок?
     КАПИТАН: Пулю.
     ИЛЬЯ: Нет. Лучше не надо.
     КАПИТАН:  Почему?  Оригинальный  брелок.  Я  его  у  одного  уголовника
отобрал. Колечка, а на цепочке к  нему пуля от АКМа до блеска отшлифованная.
Очень красиво.
     ИЛЬЯ: Все равно не надо.
     КАПИТАН:  Ну,  как хотите. Матушка ваша  просила, чтобы я  рассказал  о
своей работе, что я  с  удовольствием  и сделаю.  Работа у  нас  трудная, но
благородная. Опасная, но интересная.
     ИЛЬЯ: Я  все понимаю,  но  я  уже  выбрал для себя  определенное  дело,
которое...  (сбивается,  вспомнив,  что  недавно лишился последней  надежды)
...которое меня уже доконало.
     КАПИТАН:  Что касается  льгот,  у  нас все  в порядке: год  за полтора,
бесплатный  проезд и  ранняя пенсия. Есть возможность получить муниципальную
квартиру и  жить отдельно от родителей, которые,  конечно, нас  любят,  но с
ними очень сложно найти общий язык, не так ли?
     ИЛЬЯ: Большое спасибо за предложение. Я подумаю.
     КАПИТАН: Возможность  параллельного  обучения. Высшая  школа  миллиции,
затем  академия управления. Через  три  года ты  капитан, к тридцати пяти  -
полковник, к пятидесяти - генерал.
     ИЛЬЯ: Это заманчиво, я подумаю.
     КАПИТАН: Генерал.
     ИЛЬЯ: Я понял.
     КАПИТАН: Ты не понял главного.
     
КАПИТАН  расстегивает  кобуру  у себя  на  боку  и  вытаскивает  оттуда
пистолет.
     КАПИТАН:(
интимно
) Общался в армии с такой штукой.
     ИЛЬЯ: Нет. Я там только с автоматом общался.
     КАПИТАН: Возьми в руку, не бойся.
     ИЛЬЯ: Я не боюсь.
     
ИЛЬЯ берет у КАПИТАНА пистолет.
     КАПИТАН:  Макарова.  Девять   миллиметров.  Мощная  машина.  Американцы
завидуют.  В  огне не  горит  и в  воде  не  тонет.  Бронежилет пробивает  с
полпинка. Стреляешь человеку в ногу, он теряет сознание от боли.
     
КАПИТАН останавливает ИЛЬЮ, который хочет вернуть ему пистолет.
     КАПИТАН: Подожди. Ты его подержи в руке, нагрей, почувствуй. Соскучился
по оружию?
     ИЛЬЯ: Не очень.
     КАПИТАН: Не обманывай. Соскучился. Хочешь такой?
     ИЛЬЯ: Нет.
     КАПИТАН: Хочешь. А теперь направь его на меня. Направь. Не бойся.
     
КАПИТАН берет руку ИЛЬИ и направляет пистолет себе в грудь.
     КАПИТАН: А теперь нажми на курок.
     
ИЛЬЯ отбрасывает от себя пистолет, как змею.
     ИЛЬЯ: Да вы с ума сошли!
     КАПИТАН: Спокойно. Он разряжен.
     
КАПИТАН поднимает пистолет и убирает его в кабуру.
     КАПИТАН: Ну так как насчет работы у нас?
     ИЛЬЯ: Нет, спасибо.
     КАПИТАН:  Хозяин  -  барин.  Если  передумаешь.  69  отделение.  Спроси
капитана Любимцева.
     ИЛЬЯ: Убивцева?
     КАПИТАН:  А  у тебя богатое воображение. Это,  кстати,  очень ценится в
сыскной работе. До встречи.
     
Выходя из комнаты, КАПИТАН сталкивается с ВОВКОЙ.
     ВОВКА: Здравия желаю.
     КАПИТАН: Вольно.
     
Посмеиваясь, КАПИТАН выходит из комнаты.
     ВОВКА: Кто это?
     ИЛЬЯ: Балерина. Не видишь что ли?
     ВОВКА: Подарка  у меня  нет,  потому  что я бедный студент, но, тем  не
менее, я тебя искренне поздравляю.
     ИЛЬЯ: Спасибо.
     
Друзья обнимаются.
     ВОВКА: Когда за стол сядем?
     ИЛЬЯ: Скоро.
     ВОВКА: Что у тебя во МХАТе?
     
ИЛЬЯ молчит.
     ВОВКА: Понятно.  Ты пролетел. Слушай, ты не расстраивайся особенно. Все
еще можно поправить. На следующий год попробуй. И потом, если у тебя к этому
есть... как  его...  призвание, можно  и без образования играть. А что  твой
Борисов? Мы же с тобой Зощенко подготовили, ему что, не понравилось?
     ИЛЬЯ:  Не читал я  Зощенко. Меня когда  вызвали, я почувствовал, что не
могу себя сломать, и старое прочитал.
     ВОВКА: Про труп?
     
ИЛЬЯ кивает головой.
     ИЛЬЯ: А  потом ко  мне  Борисов  подошел  и сказал,  что  вся  приемная
комиссия против меня была и он уже ничего не смог сделать.
     ВОВКА: Ну ты и болван! Ты просто идиот!
     
ИЛЬЯ кивает головой.
     ВОВКА: Дурак ты! Баран! Ну и  оставайся в заднице, если  сам так  этого
хочешь! А я еще  на тебя свое драгоценное время тратил! Чтобы я еще хоть раз
тебе помог! Чтобы я еще твое нытье выслушивал!
     ИЛЬЯ: У меня характер такой.
     ВОВКА: Вот пойди и  удавись со своим  уродским  характером.  А  у  меня
сегодня хорошее настроение. Не хочу, чтобы ты мне его испортил.
     
ВОВКА, хлопнув дверью, выходит из комнаты.
     ИЛЬЯ: Вов!
     
ИЛЬЯ спешит за другом, но тот уже вышел из квартиры. ИЛЬЯ стоит секунду
перед входной дверью, затем поворачивается и идет на кухню.
     
КУХНЯ
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ сидит на табуретке. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА что-то хлопочет
за столом. Напряженная тишина. Заходит ИЛЬЯ.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: А Илюша. Это ты. А наш папа, между прочим...
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Давай не сегодня, Галя.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Наш папа, между прочим, нас с тобой бросить хочет.
     ИЛЬЯ: Почему, пап?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Илья, ты должен понять. Я встретил свою мечту.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Торговку колготками.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Твоя мама очень интересная женщина,  но та  девушка,
она совершенна.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Только шепелявит и ножку приволакивает.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я ждал этой встречи всю свою жизнь.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сидя у меня на шее.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я понимаю, это ужасно, но ничего не могу поделать.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Приспичило ему, старому пеньку, прости Господи.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Насчет денег, то есть материальная помощь, то я буду
отдавать и навещать вас часто-часто.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не нужно нам этого счастья, обойдемся.
     ИЛЬЯ: Пап, ты правда уходишь?
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Такова взрослая жизнь.
     
ИЛЬЯ, ни слова не говоря, берет табуретку и выходит из кухни.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Видишь, чего ты добился. Испортил мальчику праздник.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Я не хотел сегодня ему говорить. Это ты виновата.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Что?!
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА хватает молоток для отбивания мяса  и замахивается на
ЭДУАРДА  НИКОЛАЕВИЧА.  Тот  сгибается пополам и  закрывает голову руками. Но
удара не случается. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА замирает с поднятым молотком,  а затем
опускает руку. Молоток падает на пол.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Да, ты прав, Эдик, я плохая жена. Мерзкая.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Нет, Галя, это не так.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Дурная, глупая!
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя, это неправда.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:  Ору  все время, Боже мой,  скандалю. Жизни тебе  не
даю.  Беги от меня,  Эдик. Знаю, она  лучше. Дай Бог, с ней у  тебя  счастье
будет.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галя,  Галечка, ну не наговаривай ты на себя,  ты же
замечательная, ты лучше всех!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Прости меня, Эдик, за все и бросай  меня!  Плохая  я
жена и мать плохая. Пойду к Илюше, в ноги ему упаду, может он  меня простит.
Чует мое сердечко, найдет  он  тоже  скоро  кого-нибудь  себе и  останусь  я
одна-одинешенька.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Галечка, я ведь еще ничего  не решил. Я  может еще и
не ухожу никуда, Галя!
     
Но ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА уже направляется к комнате ИЛЬИ.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюшенька, сыночек, прости меня глупую...
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА заходит в  комнату и  видит стоящий прямо под люстрой
табурет. На  табурете стоит  ИЛЬЯ, голову он  просунул в петлю от  подтяжек,
которые привязаны к люстре.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(
сразу  перестав голосить
)  Сынок,  ты  что, лампочку
вкручиваешь?
     ИЛЬЯ: Нет, мама, удавиться хочу.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюша!
     ИЛЬЯ: Не подходи, а то я прыгну.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Господи, Боже мой! (
диким голосом
) Отец! Отец!
     
В комнату вбегает ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сволочь старая, посмотри, до чего ты ребенка довел!
     ИЛЬЯ: Папа, ты не в чем не виноват.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я ж ему сама эти подтяжки купила.
     ИЛЬЯ:  И  ты, мама,  ни в чем не виновата.  Это мое  личное дело. Лучше
выйдите, а то мне придется у вас на глазах...
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Илья, эта девушка - это просто увлечение. Мне стыдно
и я никуда не ухожу, ты слышишь?
     ИЛЬЯ: Мне все равно, выйдите, я вас прошу.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:(
ОТЦУ
)  Выйди,  слышишь  чего  тебе  сказали! (
ИЛЬЕ
)
Сынок,  если ты  не из-за  него расстраиваешься,  тогда, может  быть,  из-за
института театрального, что не поступил?
     
ИЛЬЯ молчит. ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА говорит и одновременно медленно крадется
к табуретке.
     ГАЛИНА  ВАСИЛЬЕВНА:  Так  это дело  поправимое.  У  меня  одна  женщина
лечится, так  она  жена ректора  кинематографического института. Я ей скажу,
она тебя мигом устроит. Слезай, Илюша, слезай, пожалуйста.
     
ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА уже  подобралась  к сыну,  но  ИЛЬЯ резко качается на
табуретке и мать пятится назад.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Не надо, сына.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ:  Я  эту  табуретку знаю.  У  нее  ножка сломана.  На
изоленте держится.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Сына, не делай этого. Мы же помрем от горя. Ты у нас
только одно сокровище и  есть. А  какой же ты был маленький, когда  родился,
крохотный,  слабенький, недоношенный, ушки  лопоухие.  Я тебе  их  пластырем
приклеивала,  чтоб  нормально  росли.  Как  же  я  тогда  была рада,  что ты
появился, как рада.
     ИЛЬЯ:(
резко
) Выйдите, последний раз прошу!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Царица Небесная!
     
Внезапно слышится  дверной звонок.  Отец  и  Мать не реагируют на него.
Звонок повторяется. Никто не двигается с места. Еще один звонок.
     ИЛЬЯ: Вы не слышите, что ли? Идите, откройте.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(
ОТЦУ
) Иди открой.
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ кивает и бежит открывать. На пороге стоит ВОВКА.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Вова, там с Илюшей беда!
     ВОВКА: Ну это для него нормально.
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: Такая беда даже для него ненормально.
     
ВОВА быстро идет в комнату,  ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ следует  за  ним. ГАЛИНА
ВАСИЛЬЕВНА замечает ВОВУ.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вовочка, он  повеситься хочет. Я зашла, а он  уже  с
петлей на шее. Ты его образумь,  Вовочка, а то  он меня не слушает. Господи,
горе-то какое!
     ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ: У  табуретки этой одна ножка сломана. В любой момент
может развалиться табуретка-то.
     ИЛЬЯ:(
кричит  по  слогам
)  Ту-ба-рет-ка!   Ту-ба-рет-ка!  Почему  меня,
интересно, никто не поправляет?!
     ВОВКА: Илья, тебя  беспокоит  твой лучший друг Владимир. Я тут  недавно
погорячился, ты уж меня извини. Не знал, что ты поймешь все так буквально.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА:(
ВОВКЕ
) Это значит ты во всем виноват.
     ВОВКА: Ни в чем я не виноват. Просто вспылил, хлопнул дверью, но тут же
одумался и вернулся попросить прощения.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну так проси.
     ВОВКА: Так я прошу. Он же не слезает. (
ИЛЬЕ
) Извини меня, пожалуйста, я
был не прав.
     
ИЛЬЯ на табурете не реагирует.
     ВОВКА: Нет, здесь другая причина.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Какая?!
     ВОВКА: Есть одна барышня.
     
ИЛЬЯ, со скрипом, сильно покачнулся на табурете.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ой, упадет.
     ВОВКА:  Не упадет. Вы ее знаете. Алена. Со мной однажды сюда приходила.
Хорошая девушка, очень хорошая, правда, ветреная.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вова, короче!
     ВОВКА: Ну что,  влюбился он в нее. Она ему  дала  шанс, а он  этот шанс
прошляпил. Потом,  насколько  я  знаю, звонил ей, а она  его  игнорировала в
довольно грубых выражениях.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Давай позвоним ей, Вовочка.
     ВОВКА: Можно.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Эдик.
     ИЛЬЯ: Не надо.
     
ЭДУАРД  НИКОЛАЕВИЧ  возвращается  с телефоном,  отдает его  ВОВКЕ.  Тот
снимает трубку.
     ВОВКА: Черт, номер забыл!
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вспоминай, Вовочка, вспоминай.
     ВОВКА: Ага!
     
ВОВКА набирает номер.
     ВОВКА:(
в трубку
) Алло? Алена. Привет, это отверженный. Да, Вова. Ты что
делаешь? Человек из-за  тебя  в  петлю за.лез.  Илья. Натурально.  Обмотался
подтяжками  и вешаться хочет.  Говорит, не любишь  ты его, трубку все  время
бросаешь. Да. На тебя вся надежда, и поласковее будь с ним.
     
ЭДУАРД НИКОЛАЕВИЧ моментально ставит стул рядом с табуретом, на котором
стоит ИЛЬЯ. ВОВКА с телефоном в руке забирается на этот  стул и  приставляет
трубку к уху ИЛЬИ. Тот вертит головой.
     ИЛЬЯ: Не хочу.
     ВОВКА: Это невежливо. Дама ждет.
     ИЛЬЯ:(
в  трубку
)  Алло.  Да я.  (
слушает
)  Правда? (
слушает
)  Серьезно?
(
слушает
) А мне  плевать! (
долго слушает
) Не верю тебе. (
слушает, неожиданно
расплывается в улыбке
) Когда? (
слушает
) Где? (
слушает
)Приду.
     ВОВКА: Любовь сильнее смерти.
     ИЛЬЯ:(
в трубку
) ...А гвоздики любишь? (
слушает
) Ладно. Пока.
     
ИЛЬЯ кладет трубку. ВОВКА с телефоном сходит со стула.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюшенька, слезай, пожалуйста.
     ИЛЬЯ: Хорошо, мама.
     
ИЛЬЯ берется руками за петлю на горле и нечаянно качает табурет.  Ножка
у  табурета  подламывается  и он падает.  ИЛЬЯ повисает  на долю  секунды на
подтяжках, а затем, вместе с люстрой падает на пол.
     ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Илюша!!!
     
Все, что-то крича, бросаются к ИЛЬЕ.
     ЗАТЕМНЕНИЕ.

КВАРТИРА подруги АЛЁНЫ. Входная дверь  в центре.  Прихожая отсутствует.
Большая комната, дверь во вторую комнату. Звонок  в дверь. АЛЁНА выходит  из
соседней комнаты и подходит к входной двери.
     АЛЁНА: Кто там?
     ГОЛОС: Свои.
     АЛЁНА: Минуточку.
     
АЛЁНА снимает висящую на вешалке разделочную доску с ручкой и выключает
свет. В темноте слышится звук  отпираемого замка, слышится,  как открывается
дверь и сразу после этого слышится несколько сильных ударов.
     АЛЁНА:(
в темноте
) Прощает, прощает, она тебе все прощает!
     
В темноте слышится звук падающего тела. АЛЁНА включает свет и понимает,
что жестоко ошиблась, на  полу без движения лежит ИЛЬЯ. Возле него  валяется
букет цветов.
     АЛЁНА: Надо было  понять, что он сюда  припрется. Господи,  не дай Бог,
убила, посадят же.
     
ИЛЬЯ  открывает глаза,  приподнимает голову, трогает рукой лоб, а затем
нюхает руку.
     ИЛЬЯ: Почему рыбой пахнет?
     АЛЁНА: Селедку я на ней разделывала. Тебе Вовка адрес дал?
     ИЛЬЯ: Ага.
     АЛЁНА: Поганец. Ты прости, я тебя за мужа своей подруги приняла. Голоса
у вас похожи.
     ИЛЬЯ: Я простужен. А что он?
     АЛЁНА: Здоров, как  бык.  Они с  Верочкой  полгода как  развелись, а он
приходит сюда права качать. Верочка его боится, а я нет.
     ИЛЬЯ: А ты сама не замужем?
     АЛЁНА: Ты уже спрашивал.
     ИЛЬЯ: Ты в тот раз ушла от ответа.
     АЛЁНА: Я когда в Москву приехала, через все прошла и через это тоже. Но
теперь, спасибо, мне достаточно.
     ИЛЬЯ:(поднимаясь) Я тебя у Гоголя ждал. А ты где была?
     АЛЁНА: У Пушкина.
     ИЛЬЯ: Но мы договаривались у Гоголя.
     АЛЁНА: Шучу. Я сидела дома.
     ИЛЬЯ: Почему?
     АЛЁНА: Там возле памятника были молоденькие девушки?
     ИЛЬЯ: Были.
     АЛЁНА:   Прекрасно.   Вот  тебе  твои  цветы.  Беги  туда,   подари  их
какой-нибудь  девушке,  а  потом  иди  с  ней  вместе  в  кино,  в  цирк,  в
дельфинарий, в общем, куда-нибудь подальше.
     ИЛЬЯ: Что с тобой?
     АЛЁНА: Мне просто надоело притворятся. Я и так каждый день делаю это за
деньги в родном театре. Короче, ты больше вешаться не собираешься?
     ИЛЬЯ: Нет, вроде...
     АЛЁНА: Тогда, до свидания.
     
ИЛЬЯ не двигается с места, никак не может сообразить, что происходит.
     АЛЁНА: Что стоишь? Любовь закончилась. Иди домой.
     ИЛЬЯ: Нет. У нас с тобой все еще только начинается.
     АЛЁНА: Дорогой  мой студентик, у тебя  был стресс или, не знаю, как это
там называется, понятия не имею,  что у тебя там произошло, наверное  пришел
из армии, навалились неприятности. Я тебе помогла выкарабкаться. Встречалась
с тобой несколько раз.
     ИЛЬЯ: Всего два раза.
     АЛЁНА: Приходила к тебе. Оставалась ночевать. Тебе было хорошо?
     ИЛЬЯ: Очень хорошо.
     АЛЁНА: Видишь, значит я свой женский долг выполнила. А теперь иди домой
и начинай новую жизнь.
     
АЛЁНА подходит к двери другой комнаты и стучит в нее.
     АЛЁНА: Верочка, это был не он.
     ИЛЬЯ: Она что, все время там сидела?
     АЛЁНА:  Боится она  его,  запирается  и  может  целый  день  просидеть.
(стучит) Верочка, отбой. Ну вот, теперь только к вечеру выйдет.
     ИЛЬЯ: Ты говорила, что меня любишь.
     АЛЁНА: Все женщины вруньи. Второй раз, между прочим, накалываешься.
     ИЛЬЯ: У тебя есть другой?
     АЛЁНА: У меня в жизни есть много проблем. С твоими проблемами, их будет
слишком много.
     ИЛЬЯ:  Хочешь,  я  тебе  анекдот  расскажу?  Любой. Про ежика например.
Приходит злой ежик в аптеку и говорит, дайте мне пожалуйста девяносто....
     АЛЁНА: Не надо.
     ИЛЬЯ: Почему?
     АЛЁНА: Это старый анекдот.
     ИЛЬЯ: Пойми, я теперь стал веселый!
     АЛЁНА: И счастливый.
     ИЛЬЯ: Почти.
     АЛЁНА: В институт тебя мама устроила.
     ИЛЬЯ: Она  только договорилась, чтоб  меня  прослушали. А  читал я сам.
Зощенко. Всем понравилось. Знаешь, как все смеялись. И меня взяли.
     АЛЁНА: То есть, теперь проблем у тебя нет?
     ИЛЬЯ: Нет.
     АЛЁНА: Жаль. Ты мне нравился со своими проблемами.
     ИЛЬЯ: Да ты сама не  знаешь, чего хочешь. Грустным я тебе  не нравлюсь,
веселым тоже.
     АЛЁНА: Правильно. Ты мне не нравишься. Я тебя не люблю.
     ИЛЬЯ:(
после паузы обречено
)  И  что  должно  произойти,  чтобы ты  меня
полюбила?!
     АЛЁНА: Что должно произойти? Чудо.
     
АЛЁНА идет к  входной двери  и открывает  ее.  ИЛЬЯ  траурной  походкой
выходит из квартиры.
     АЛЁНА:(когда Илья проходит мимо нее) Чудо.
     
ИЛЬЯ выходит из квартиры, АЛЁНА закрывает за ним дверь.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ.
     На авансцену,  изображающую  улицу  выходит  ВОВКА  и ИЛЬЯ. Слышен звук
проезжающих машин. Оба друга жуют какие-то масленые пирожки.
     ВОВКА: Ты что, смеешься  надо мной? Скажи спасибо, что  я тебе ее адрес
дал. И все. Больше я тебе не помощник. Ты же  у меня  ее отбил. Я  обижен. А
если  у вас  какой-то разлад,  я вообще  должен радоваться.  А я  и радуюсь.
(поет) Сердце красавицы, склонно к измене...
     ИЛЬЯ: Ты должен мне помочь.
     ВОВКА: Ни за что! (
пауза
) И для чего, интересно, я тебе нужен?
     ИЛЬЯ: Мы вместе пойдем к ней...
     ВОВКА:(поперхнувшись)  Нет, ты смеешься,  честное слово! Я  не  могу ее
видеть. На меня сразу нахлынут воспоминания. Мне даже подумать о ней больно,
потому что воспоминания моментально нахлынут. Ну вот, уже нахлынули.
     
ВОВКА закрывает глаза.
     ВОВКА: Золотая осень, синее небо, мы  с ней,  смеясь, бежим по осеннему
лесу,  шуршим  листьями  и ловим ладонями последние лучи заходящего  солнца.
Ветер несет легкие, почти невидимые клочки  паутины и  обдувает наши молодые
красивые лица. Внезапно мы оба падаем в опавшую листву и...
     ИЛЬЯ:(
перебивает Вовку
) Мне  больше не к кому обратиться. Ты мой лучший
друг... с театральным образованием.
     ВОВКА: При чем здесь образование?
     ИЛЬЯ: Это очень  важно  для того,  что я собираюсь сделать. Ты поможешь
мне?
     ВОВКА: Нет. Я подлый и злопамятный.
     ИЛЬЯ: Ты добрый и чуткий. Поможешь?
     
Пауза
     ВОВКА: А ты подаришь мне свою джинсовую куртку? Черную?
     ИЛЬЯ: Да я как из армии пришел не могу найти ее.
     ВОВКА: Зато я нашел. Она в шкафу у тебя в комнате висит.
     ИЛЬЯ: Бери.
     ВОВКА: И правильно, ради  любви, я бы тоже ничего жалеть не стал! Кроме
конечно своих желтых американских ботинок, ну ты их видел.
     ИЛЬЯ: Видел.
     
ЗАТЕМНЕНИЕ.
     Высвечивается квартира АЛЁНЫ. Раздается звонок в дверь. АЛЁНА  подходит
к двери и снимает с вешалки разделочную доску.
     АЛЁНА: Кто там?
     ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ: Свои.
     
АЛЁНА  выключает свет.  Слышится  звук отпираемой  двери  и  удар. Свет
включается.  Перед  АЛЁНОЙ, как ни в чем  не  бывало, стоит ИЛЬЯ на голове у
него строительная каска, он улыбается.
     ИЛЬЯ: Привет.
     АЛЁНА: Давно не виделись. Что надо?
     ИЛЬЯ: Надо, чтобы ты улыбнулась.
     АЛЁНА: До свиданья. Со всеми проблемами к своей маме.
     ИЛЬЯ: Ученые  доказали, что люди, которые часто улыбаются, живут до ста
лет, а на людей
     которые все время злятся, ученым даже времени тратить не захотелось.
     АЛЁНА: Уходи, я сказала.
     ИЛЬЯ: Послушай меня, пожалуйста.
     АЛЁНА: Зачем ты опять сюда пришел?
     ИЛЬЯ: Я пришел сделать чудо.
     АЛЁНА: Чудо, говоришь?
     ИЛЬЯ: Вот именно.
     АЛЁНА: Ты сколько выпил?
     ИЛЬЯ: Ни капли.
     АЛЁНА: Уходи отсюда.
     ИЛЬЯ: Нет.
     АЛЁНА: Я сейчас соседа позову. У него ружье есть.
     ИЛЬЯ:  Алена, потерпи,  пожалуйста,  я  хочу  тебе  кое-что показать  и
пробуду здесь совсем недолго. Тебе нужно будет просто смотреть. Если тебе не
понравится, ты сразу можешь нас выгнать.
     АЛЁНА: Кого это "нас"?
     ИЛЬЯ: Прости, я не сказал, со мной Вова.
     
ИЛЬЯ  подходит к  входной двери и  распахивает  ее. В  квартиру заходит
ВОВКА. На  нем фрак, цилиндр поверх парика, белая сорочка, а  в руках хлыст.
Держится он очень солидно.
     ВОВКА: Всем добрый вечер.
     АЛЁНА: Это и есть "чудо"?
     ИЛЬЯ: Нет, это Вова, но он поможет мне сделать для тебя чудо.
     ВОВКА: В ущерб себе. Зачем ты сердце доброе такое?
     АЛЁНА: Чего это он вырядился?
     ИЛЬЯ: Так нужно. Это костюм.
     
ВОВКА,  в  подтверждение, с  достоинством,  кивает. ИЛЬЯ берет  стул  и
ставит его на авансцене сбоку.
     ИЛЬЯ: Тебе нужно сесть сюда.
     АЛЁНА: Подожди.
     
АЛЁНА подходит к двери, ведущей во вторую комнату, и стучит в нее.
     АЛЁНА: Верочка, отбой. Это ко мне знакомые пришли. Можно мы посидим?
     
АЛЁНА прислушивается к ответу. За дверью слышится какое-то шуршанье.
     АЛЁНА: Хорошо, мы недолго.
     ВОВКА: Слушай, я ее так ни разу и не видел. Она какая из себя?
     АЛЁНА: Маленькая, черненькая.
     ВОВКА: Миниатюрная, пугливая брюнетка, это мой идеал.
     АЛЁНА: Не  смей к ней приставать, я не хочу,  чтобы  меня еще и из этой
квартиры выгнали.
     ВОВКА: Не заводись.  Я развратный,  но очень послушный.  И потом у меня
здесь благородная миссия.
     ИЛЬЯ: Садись сюда.
     
АЛЁНА подходит к стулу и садится.
     АЛЁНА: Но выгоню я вас в любом случае.
     ИЛЬЯ: Договорились.
     
ИЛЬЯ выбегает  из квартиры,  затем возвращается с  магнитофоном, ставит
его на пол, а затем опять выбегает из квартиры и закрывает за собой дверь.
     АЛЁНА: И куда он исчез?
     ВОВКА: Переодевается на лестничной площадке.
     АЛЁНА: В Деда Мороза?
     ВОВКА:  Да  перестань.  Ну придумал он  перед тобой разыграть небольшое
такое,  домашнее  шоу,  чтобы произвести на  тебя впечатление.  Текст,  вот,
написал. Меня  попросил  помочь.  Ты  же знаешь, он вечно витает  где-то  на
далеких планетах.  Все еще  надеется на силу искусства. Потерпишь полчасика,
ничего с тобой не случится. Я тебе вот что хотел сказать...
     
ВОВКА приближается к АЛЁНЕ.
     ВОВКА: Мы с тобой давно не виделись, у тебя, вообще, как дела?
     АЛЁНА: Ты это зачем спросил?
     ВОВКА:  Затем,  что  у  меня  дела,  последнее  время,  неплохо  пошли.
Сниматься  меня  взяли.  Американцы.  Фильм  тоже американский, только здесь
снимают. "Сокрушающий стены" называется. Там один спортсмен тоже  американец
стены  по  всему   миру  кулаком  пробивал.  И  к  нам  приехал  попробывать
кремлевскую  пробить. Я там одного злодея играть буду. У меня, между прочим,
с продюсером отношения хорошие. Могу и тебя на фильм устроить.
     АЛЁНА: В роли стены?
     ВОВКА: Ну зачем же так?
     ИЛЬЯ:(из-за двери) Можно!
     ВОВКА:  Ну   ладно,  после  поговорим.  А  сейчас,  наше  представление
начинается!(про себя) Бред какой-то.
     
ВОВКА  отходит  в  сторону,  включает  магнитофон  и  встает  в позу  и
откашливается. Играет цирковой оркестр.
     ВОВКА:  "В одном  старом  городе, на площади  возле рынка стоял  цирк -
шапито. Три года назад он приехал  сюда дать несколько представлений, да так
и остался  в городе. Видимо и  здесь  дела пошли неплохо, или просто надоело
артистам ездить и захотелось оседлой жизни."
     АЛЁНА: Здесь что, сейчас цирк будет?
     ВОВКА: Ну  посиди  немножко,  чего  тебе стоит. Пожалей  его.  Я  лично
согласился в  этой  шизофрении  участвовать только  из жалости.  Даже  текст
наизусть выучил.
     АЛЁНА: Это он про цирк придумал?
     ВОВКА: Да, пятый раз  говорю тебе. (
ВОВКА продолжает
) "Как и  во всяком
нормальном цирке в нем был свой жонглер, свой фокусник, своя дрессировщица и
свой клоун. Клоуна любили взрослые и дети, за то, что он  умел  делать много
забавных  штук. (
ВОВКА из  рассказчика превращается  в конферансье
)  Дамы  и
господа,  а  сейчас  на арене цирка широко  известный в узких кругах, артист
многостаночник, человек-резина и человек-дрезина, любимец публики Клоун Илья
Тубареткин! Поприветствуем!"  (
АЛЁНЕ
)  Приветствуй,  чего  сидишь?  Для тебя
стараемся.
     
АЛЁНА  хлопает   в  ладоши.  На  записи  звучит   оркестр  и   слышатся
аплодисменты и смех зрителей. И  вот открывается входная дверь и  на руках в
квартиру заходит ИЛЬЯ, лицо его раскрашено, на нем смешной клоунский костюм.
Он доходит до  АЛЁНЫ, остановившись  напротив  нее, прыжком встает на ноги и
кланяется.
     АЛЁНА: Ловко.
     ВОВКА: "Илья Тубареткин и его дрессированные тапочки!"
     
ИЛЬЯ убегает за дверь и  тут же  возвращается с большой клеткой, внутри
которой лежат пушистые домашние тапочки. Он ставит клетку на пол,  открывает
дверцу  и, с улыбкой,  манит тапочки рукой. Но  тапочки наружу  не  выходят.
Тогда  ВОВКА  бросает ИЛЬЕ  хлыст и тот, со  страшным лицом,  несколько  раз
щелкает  им.  Тапочки не  двигаются с места.  ИЛЬЯ встает на  четвереньки  и
что-то шепчет тапочкам, упрашивая их выйти. Тапочки остаются на месте.
     Тогда Илья сует  руку в  клетку, сам вытаскивает  тапочки  из  клетки и
кладет их на сцену.  Начинает  звучать дробь. Илья приближается к  тапочкам,
останавливается, закрывает глаза, сосредотачивается  и... резко засовывает в
тапочки  сначала   правую,  затем   левую  ноги.  Невидимый  зал  взрывается
аплодисментами. Алена тоже аплодирует.
     ИЛЬЯ: Алле, ап!
     
Звучат  первые  такты  музыки  и  тапочки  начинают двигаться  в ритме.
Действительно, кажется, что  танцуют не ноги,  а тапочки, которые тянут ноги
за собой. Ритм становится все быстрее и быстрее. Тапочки мелькают в воздухе.
Илья за ними уже не поспевает.  Наконец он, изможденный, падает, а ноги  все
еще продолжают дрыгаться. Илья, из последних сил, сдергивает тапочки  с ног,
на  четвереньках подползает к клетке и запирает в  нее  тапочки.  Вздыхает с
облегчением, кланяется и утаскивает клетку за дверь.
     ВОВКА: Нормально он подготовился, правда? Слушай, мне, между прочим, на
этом фильме американском уже аванс  заплатили.  Три тысячи, я квартирку снял
на  Таганке.  Если  тебе  здесь  неудобно,  можешь у  меня  немного  пожить.
Приставать не буду, честное слово.
     АЛЁНА: Вы мне, по-моему, здесь что-то показываете.
     ВОВКА: Ну да. Как там? Черт, текст забыл!
     
ВОВКА отходит к двери.
     ВОВКА: Как там дальше?
     
ИЛЬЯ через щель что-то подсказывает ВОВКЕ.
     ВОВКА:  Понял.  "На  одном из представлений,  Клоун заметил  прекрасную
девушку сидящую на первом ряду. Она  приходила  в цирк каждый вечер и всегда
садилась на одно и то же место."
     
Начинает  звучать музыка, дверь распахивается и в квартиру  вкатывается
кувырком Клоун Илья. Он резво  вскакивает на ноги,  вытаскивает из  карманов
три разноцветных шара и принимается ими жонглировать.
     Илья  жонглирует  и, одновременно, высматривает  кого-то  в  зрительном
зале. Неожиданно  он замечает сидящую на стуле Алену. На него сразу  находит
столбняк, руки у  него опускаются, и разноцветные шары с  грохотом падают на
сцену. А сам Илья так и остается стоять напротив Алены с открытым ртом.
     Музыка обрывается и слышится свист и крики недовольного зала.
     ВОВКА:  "Несколько  раз,  после  конца  представления, Клоун  выбегал в
зрительский гардероб, но Девушки там уже не было."
     
Клоун  ИЛЬЯ  поворачивается и  спрятав  голову в  плечи направляется  к
входной двери, но ему преграждает путь ВОВКА с хлыстом в руках.
     ВОВКА: "В один  прекрасный день Клоуна вызвал  Директор цирка. Это  был
страшный  человек. Рассказывали, что  он искусал двух тигров и  одного льва,
когда  его случайно заперли в клетку. Директор цирка сказал Клоуну:  Дорогой
мой, ты же знаешь,  как  я люблю своих артистов. И эта любовь дает мне право
немножечко пожурить их, когда нужно. Дорогой мой, ты стал хуже  работать. Ты
стал медленнее бегать и ниже прыгать.  Мячи падают у тебя из рук, и зрителям
становится за тебя стыдно. А зрителям не должно быть стыдно,  им должно быть
хорошо. Ты стал дольше обычного задерживаться на арене, потому что ты хочешь
видеть эту девушку с двадцать девятого места. Эта девушка - моя дочь. И я не
хочу,  чтобы ты  - глупый  клоун смотрел на  нее.  Если  это  повторится, ты
никогда уже не сможешь ходить на руках... и на ногах тоже. Ты меня понял?"
     
Клоун ИЛЬЯ кивает головой и выходит в дверь.
     ВОВКА:" Сказать честно, наш клоун был  не очень смелый парень. И в  тот
вечер он дал  себе слово забыть  девушку из первого  ряда.  Но прошла  ночь,
прошел день и  опять наступил вечер..." (
АЛЁНЕ
)  Слушай,  перед тем, как  мы
продолжим, я в следующем месяце собираюсь в Италию поехать отдыхать. Было бы
очень  здорово, если бы  ты составила компанию. Я бы за все  заплатил.  Тебе
нравится такое предложение?
     АЛЁНА: Мне нравится спектакль, который вы показываете.
     ВОВКА: Нормально ты ответить не можешь!
     ИЛЬЯ:(из-за двери) Вов, ну что ты там?
     ВОВКА: После поговорим. "Представление в  тот вечер шло  своим чередом.
Из-за кулис  Клоун  заметил, что  Девушка с самого  начала  сидела на  своем
месте.  Увидев ее  Клоун  твердо  решил  признаться  ей  в  любви.  В  конце
представления Клоун  раздавал  зрителям колокольчики,  дирижировал и зрители
играли красивую мелодию."
     
Из дверей  выходит Клоун  ИЛЬЯ.  В одной  руке у него  колокольчик, а в
другой дирижерская палочка.
     ВОВКА: "У Клоуна был свой серебряный колокольчик, который он не отдавал
никому. На нем он  играл  последнюю  ноту  мелодии.  Клоун решил отдать этот
колокольчик Девушке."
     
ИЛЬЯ медленно  подходит к  АЛЁНЕ  и  протягивает ей колокольчик.  Алена
берет его.
     ВОВКА:  "Клоун загадал,  что когда  Девушка зазвонит  в  колокольчик, и
услышит его нежный голос, она поймет, как сильно Клоун ее любит".
     
Клоун ИЛЬЯ отходит в сторону и поднимает руки, делает взмах дирижерской
палочкой.  И тут же  начинает звучать мелодия,  которую играют колокольчики.
Очень  красивая  мелодия,  которая  берет  за  душу. Клоун-Илья  вдохновенно
дирижирует  невидимыми зрителями. Летит  по залу  прекрасная  мелодия. И вот
остается несыгранной только одна нота.  Клоун-Илья  поворачивается к сидящей
на  стуле  Алене. Смотрит на нее и  делает взмах дирижерской палочкой. Алена
звонит в колокольчик.
     ВОВКА:"И  случилось чудо. Девушка полюбила  Клоуна.  Девушка встала  со
своего места на первом ряду, вышла на арену, подошла к Клоуну и взяла его за
руку."
     
АЛЁНА, не двигаясь, сидит на стуле.
     ВОВКА: "Девушка подошла к Клоуну и взяла его за руку."
     
АЛЁНА остается сидеть. ВОВКА перестает играть и оборачивается к стящему
тут же ИЛЬЕ.
     ВОВКА: Ты убедился?! Это все твои бредовые затеи! Никто никогда на  них
не покупался!
     
ВОВКА подходит  к АЛЁНЕ и  садится  возле стула на котором она сидит на
корточки.
     ВОВКА:  Город,  куда  мы  полетим, Римини  называется. Лететь несколько
часов, Но зато  потом:  море,  солнце,  водные  мотоциклы,  и  очень дешевая
женская обувь. Пицца, всего пять долларов, вот такая.
     
ВОВКА складывает руки кругом.
     ВОВКА: Сухая  тонкая  корочка, а внутри навалено,  мама  моя!: ветчина,
грибы, огурчики наструганные и еще невесть чего, все сыром залитое, горячее!
Будем в  номере  жить на двоих, но ои  там  огромные, как на десятерых!  Все
удобства, мини- бар, кровать двуспальная, вот такая!
     
ВОВКА раздвигает руки, чтобы показать.
     ИЛЬЯ:(
ВОВКЕ
) Отойди от нее.
     ВОВКА: Гуляй, неудачник. (
АЛЁНЕ
) И завтрак на подносе в постель...
     ИЛЬЯ: Отойди от нее!
     
ВОВКА вскакивает на ноги и начинает наступать на ИЛЬЮ.
     ВОВКА: Ты думаешь что, если  я в армии  не был, я с тобой не справлюсь.
Да я тебя сейчас в паркет зарою!
     ИЛЬЯ: Попробуй!
     
Друзья сходятся и берут друг друга за грудки. Сейчас начнется драка, но
АЛЁНА вскакивает с места и принимается растаскивать драчунов.
     АЛЁНА:  Успокойтесь  вы! Уймитесь! Ненавижу мужиков, одно из двух,  или
пьют, или дерутся.(
ИЛЬЕ
) Дай руку.
     ИЛЬЯ: Зачем?
     АЛЁНА: Давай, страдалец.
     
ИЛЬЯ протягивает ей руку, АЛЁНА берет его за руку.
     АЛЁНА: Нет чуда, ну и Бог с ним. Ты мне и так нравишься. Пошли что ли?
     ИЛЬЯ: Пошли.
     
ИЛЬЯ и АЛЁНА, взявшись за руки, выходят из квартиры.
     ВОВКА:  "И  не  обращая  внимания на свист  публики  Девушка  и  Клоун,
взявшись  за руки, вышли из цирка. Зрители вскоре  тоже стали расходиться, а
злой Директор бегал по клетке с тиграми и рвал на себе волосы."
     
ВОВКА стаскивает с себя  цилиндр, вместе с париком. Постояв секунду, он
подходит к магнитофону, по  которому еще идет запись  расходящегося зала,  и
выключает его. Затем ВОВКА направляется к двери  ведущей во вторую  комнату.
ВОВКА дергает ее. Она заперта.
     ВОВКА:(
постояв  секунду
)   Простите,   Вера,  Вас  беспокоит  Владимир,
приятель Алены. Вас не сильно потревожила музыка, которую мы включали?
     
За дверью тишина.
     ВОВКА:  Очень  хорошо. Дело  в  том, что  я, повинуясь движению сердца,
устраивал  здесь  дела влюбленных.  А что делать,  если  хочется  видеть  их
счастливыми, а они никак  не могут  договориться.  Приходиться  вмешиваться.
Вообще,  сколько себя знаю, все время  помогаю людям. На себя времени совсем
не  остается.  Сядешь так после  трудов праведных  и подумаешь,  где  ты моя
единственная, назначенная мне судьбой? Нет, никого  не видно... и не слышно.
Казалось бы, не обделен умом и мужской статью. Но нет рядом любимой подруги.
И
     И  так становится горько, что хочется плакать. И говоришь себе, а может
быть  она совсем рядом, может быть ты ее плохо ищешь? А  может быть я просто
неудачник, как вы думаете?
     
После этого вопроса возникает пауза, а затем слышится звук отодвигаемой
щеколды и дверь медленно, со скрипом,  открывается во  внутрь. ВОВКА  широко
улыбается и не спеша заходит в комнату.
     З А Н А В Е С

     *Охраняется законом РФ об авторском праве.
     *Постановка пьесы невозможна без согласия автора.
     © Родион Андреевич Белецкий 1998 год
     тел. 2996998
     4923291
     974 01 11 (аб.72556)
Книго
[X]