Книго
                              Дмитрий ГРОМОВ
                                ЭДЕМ-2300

     ...Отрубился я только часа через два, когда розовые слоны  перестали,
наконец, носиться по каюте и попрятались где-то  по  углам.  Пока  они  не
успокоятся, я никогда не засыпаю - бегают туда-сюда, пищат -  уснешь  тут,
как же! Когда я проснулся, было двадцать два с чем-то.  Только  вот  какой
день - хоть убей, не мог вспомнить, а календарь у нас уже давно  сломался.
Голова с перепою гудела, как старый трансформатор, во рту явно ночевал еж,
и я, с  трудом  передвигая  конечностями,  поперся  на  камбуз.  Когда  я,
наконец, оторвался от крана, наш бортовой запас воды  заметно  уменьшился.
Ну и черт с ним - все равно завтра  прибываем  в  систему  Ориона,  там  и
заправимся. Сейчас бы пива холодного - но я еще три  дня  назад  прикончил
последнюю банку.
     Я снова вернулся в свою каюту и без сил упал на койку. Что за черт! И
время остановилось - по-прежнему двадцать два  с  чем-то...  Только  через
полчаса до меня дошло, что я все время смотрел на термометр. А часы были у
меня на руке - но они стояли. Ладно, на пульте-то часы точно в порядке - и
я побрел в рубку. По дороге заглянул к Джеку, но тот лежал у себя на койке
в полной прострации - отходил после очередной дозы порошка или "травки"  -
черт его знает, чем он на этот раз "закинулся". В рубке часы действительно
работали. Было 22.17.
     Значит, мы уже должны быть на подходе к Ориону - так почему же его до
сих пор не видно?  Тут  я  взглянул  на  курсограф,  и,  хоть  и  был  "на
тормозах", сразу все понял. Как видно, Джек, когда рассчитывал  курс,  был
изрядно "под кайфом", и теперь наш звездолет пер  в  мировое  пространство
хрен его знает куда.
     Как  и  положено  в  таких  случаях,  я  для  начала  помянул   Джека
незатейливым восьмиэтажным посланием, а потом начал изучать приборы. За ту
неделю, что я был в  запое,  а  Джек  "под  кайфом",  нас  успело  занести
довольно  далеко,  и  ни  одной  цивилизованной  планеты   поблизости   не
наблюдалось; горючее, вода и кислород были на исходе, но в данный момент у
меня со страшной силой горели трубы, а на борту  не  оставалось  ни  капли
пойла. Сейчас бы сошел даже самый дрянной самогон,  или  "грызло",  но  не
было и его. Впрочем, было бы сырье -  аппарат  у  меня  есть.  Трясущимися
руками я включил локатор и начал шарить им по сторонам  в  слабой  надежде
отыскать пригодную для посадки планету. И вдруг -  о  чудо!  -  на  экране
возникла зеленая точка. Локатор нащупал планету!
     ...Руки у меня все еще дрожали, поэтому наш корабль  болтало  во  все
стороны, несмотря на относительно  спокойную  атмосферу.  Старая  жестянка
чуть не развалилась, пока с треском не впечаталась в поверхность  планеты.
Меня вышвырнуло из кресла (как обычно, забыл пристегнуться), и я влип лбом
в панель компьютера. Выдав трехэтажный  привет  планете  и  пятиэтажный  -
компьютеру, я с трудом поднялся на ноги. Компьютер злобно замигал на  меня
всеми своими лампочками и выдал на дисплей  что-то  двенадцатиканальное  в
двоичном коде в мой адрес.  Судя  по  анализам,  планета  попалась  вполне
сносная, так что скафандр я решил не надевать, только осушил перед выходом
флакон "Галактического Чумобоя" (ну  и  гадость!  могли  бы  и  на  спирту
сделать) и прицепил к поясу бластер. Как  обычно,  метров  на  сто  вокруг
нашего корабля все  было  выжжено,  дальше  виднелась  какая-то  обгорелая
трава, постепенно переходившая в зеленую,  а  приблизительно  в  километре
начинался тропический лес. Так, посмотрим, нет  ли  тут  сырья  для  моего
аппарата. Вода здесь явно была, но сейчас меня больше интересовало  сырье.
И я направился к лесу.
     ...Первая стрела просвистела у меня над самым ухом, когда я нагнулся,
чтобы рассмотреть заинтересовавший меня  корешок.  Несмотря  на  похмелье,
мышцы среагировали мгновенно, и в руке у меня тут же оказался бластер.  Но
тут вторая стрела с силой ударила меня в ногу, глубоко вонзившись в бедро.
Еще несколько стрел были уже  в  воздухе,  когда  заработал  мой  бластер.
Стрелы мгновенно превратились в пепел, так и не долетев  до  меня.  Заодно
обуглились и с треском рухнули несколько  деревьев  и  какой-то  полуголый
тип, прятавшийся за одним из них. Целая банда таких же полуголых идиотов с
дикими воплями бросилась наутек. Я несколько раз выстрелил им  вслед,  но,
кажется, не попал - они мгновенно исчезли в джунглях.
     Чертыхаясь и скрипя зубами от боли, я попытался вытащить  засевшую  в
моей ноге стрелу. С третьей попытки мне  это,  наконец,  удалось.  Хлынула
кровь, я заревел от боли и тут же  поспешил  залепить  рану  бактерицидной
замазкой из походной аптечки.
     Черт, а стрела-то чем-то смазана! Разумеется, ядом.  Ну  вот,  что  ж
теперь делать? Надо срочно возвращаться  на  корабль,  попытаться  сделать
анализ яда и отыскать противоядие. Если, конечно, успею.
     Уже на ходу я осторожно понюхал стрелу. И тут же остановился.  Стрела
пахла спиртом!
     Я развернулся и с удвоенной скоростью, прихрамывая, побежал вслед  за
скрывшимися туземцами.
     "Грызло"!
     До деревни я добрался  часа  через  полтора.  Состояла  она  из  двух
десятков глинобитных  хижин  с  круглыми  соломенными  крышами.  Посредине
каждой крыши торчал длинный  шест  с  каким-нибудь  экзотическим  черепом,
рогатым или зубастым. Черепа на всех хижинах были  разные.  На  частоколе,
окружавшем деревню, тоже красовались черепа, на  этот  раз  одинаковые,  и
весьма напоминавшие человеческие. Веселое место.
     Все вокруг носило на себе  следы  поспешного  бегства:  двери  многих
хижин были распахнуты настежь, в пыли  валялся  забытый  глиняный  горшок,
какие-то палочки, бусы.
     Мое чутье безошибочно привело меня  к  крайней  хижине.  Внутри  было
полутемно;  в  углу  лежала  связка  стрел,  а  посредине,  на   небольшом
возвышении,  стоял  примерно  полулитровый  глиняный   горшок   с   мутной
жидкостью. И от него пахло спиртом!
     Бросив бластер, я схватил горшок обеими  руками  и,  припав  к  нему,
сделал несколько судорожных  глотков.  Почувствовав,  как  приятное  тепло
разливается по телу, в  голове  проясняется,  и  боль  в  ноге  постепенно
исчезает, я с облегчением вздохнул и уже не спеша  допил  жидкость.  Более
гнусного самогона мне пробовать не  приходилось  -  не  даром  эти  дикари
использовали его в качестве яда. Но сейчас мне было все равно.
     Постепенно я ожил и начал проявлять интерес к  окружающим  предметам.
Например, что это за  куча  в  углу?  Ага,  какие-то  корнеплоды,  немного
напоминают нашу свеклу. Вот из чего они гонят  свою  отраву!  Ничего,  мой
аппарат выгонит из них чистый спирт, а не эту мутную жижу.
     Я нашел большую корзину и набрал в нее этих  "буряков".  И  тут  меня
привлек странный блеск в противоположном углу хижины. Насколько я  помнил,
там лежали стрелы. Да, стрелы. Но их наконечники... Это было золото!
     Когда я выбрался из хижины, держа в  руках  корзину  с  "буряками"  и
золотыми  наконечниками,  то  сразу  увидел  несколько  раскрашенных  рож,
выглядывавших из-за частокола между насаженными на него черепами и  весьма
напоминавших последние. Я погрозил им кулаком, и рожи  мгновенно  исчезли.
Еще бы! Нагнал я на них страху! Вместо того, чтобы упасть  замертво  после
их "отравленной" стрелы, я погнался  за  ними,  "метая  громы  и  молнии",
добрался до их деревни и выпил запас яда, наверное, на целый месяц! Теперь
больше не сунутся. Я перехватил корзину поудобнее и зашагал к кораблю.
     ...Джек сидел посреди заросшего высокой травой  луга  и  самозабвенно
набивал очередную самокрутку.
     - А, это ты, Фрэд! (Вообще-то меня зовут Федор, но Джек называет меня
на свой лад.) Посмотри, что я нашел!
     - Что?
     - Да ведь это же конопля! Вроде нашей индийской. Это же  море  кайфа!
На всю жизнь хватит. И никакой полиции, - на лице Джека  блуждала  улыбка.
Видимо, он  уже  успел  выкурить  пару  "косяков",  и  теперь  пребывал  в
благостном расположении духа, сидя  посреди  огромного  конопляного  поля.
Впрочем, после местного самогона мое настроение было примерно таким же.
     - А я нашел сырье для своего аппарата и золото, - похвастался я.
     - Слушай, Фрэд,  давай  поживем  здесь  недельку-другую.  Я  запасусь
"планом", а ты своим "грызлом", а потом полетим дальше. Здесь, наверное, и
уран есть - будет на чем лететь.
     После недолгих колебаний я согласился. Не планета, а рай!
     ...Розовые слоны весело  носились  вокруг  меня,  сотрясая  землю,  и
мешали спать. Наконец, они все же успокоились, и я "отключился".
     Когда я проснулся в очередной раз, то почему-то не увидел ни зеленого
солнца,  ни  розовых  слонов,  ни  Обдолбанного  Джека,  ни  нашей  старой
жестянки. Вокруг были светившиеся сами по себе салатного цвета  стены  без
окон, а я лежал на выдвижной  жесткой  койке,  и  сверху  на  меня  лилась
холодная вода.
     Черт! Да это же  галактический  вытрезвитель!  Ну  конечно,  я  опять
надрался в  "Межзвездном  Алкоголике"  у  Бочки  Билла,  и  меня  прямиком
направили сюда. Теперь еще и штраф сдерут, и немалый  -  я  к  ним  уже  в
третий раз попадаю.
     Я выдал свое любимое сложносочиненное предложение и, дрожа,  выбрался
из под холодного душа.
     Но все это... Нет, это был не просто сон. Это  был  "прорыв",  что-то
вроде  ясновидения.  И  я  найду  эту  планету!  Выберусь  отсюда,   отыщу
Обдолбанного Джека, заправим нашу старую жестянку... Да,  надо  только  не
забыть, чтобы Джек как  следует  "закинулся"  перед  тем,  как  составлять
программу курса к Ориону...
Книго
[X]