Книго

Святослав ЛОГИНОВ

НОЧНАЯ РАДУГА

Был один художник, который рисовал радугу. Дело с виду простое, да не очень. Казалось бы, ступай в магазин и покупай краски: кармин - красный, сангина - оранжевый, крон - жёлтый, хром - зелёный, голубой ультрамарин, индиго-синее, а метилвиолет - фиолетовый. И больше ничего не надо. Берёшь кисть и рисуешь, повторяя всем знакомую приговорку: "Каждый охотник желает знать, где сидит фазан". Только художник, который рисовал радугу, был не таков. Неинтересно ему казалось краски в магазине покупать, поэтому он каждый раз что-нибудь особенное придумывал. Сначала он нарисовал ягодную радугу. Собрал алой костяники, с корявого облепихового куста наобдирал оранжевой облепихи, на болотце сыскал жёлтой морошки, в саду у соседей спросил зелёного крыжовника, сбегал в лес за голубикой и черникой, которая только по имени чёрная, а на деле - синяя. И для самой последней полоски нашёл в бору сизого можжевельника. Непросто было столько разных ягод найти, зато и радуга получилась - и загляденье, и объеденье. Другой раз художник составил грибную радугу. Макнет кисть в грибную шляпку - проведёт цветную полосу. В лесу сыроежек видимо-невидимо: и красных, и жёлтых, и зеленушек. Другие краски в грибах найти сложнее, но в том самый интерес и есть. Не всякий может раздобыть синюшный гриб, да чернильный гриб или оранжевый паутинник, что незнающий грибник за поганку принимает. А ведь нужно ещё отыскать в ивняке тонкий млечник с горьким голубым соком. Иначе, без голубой-то краски, не радуга нарисуется, а одно название. Зато уж когда радуга получится как следует!.. Сама в полнеба, справа солнце, слева дождь, и на весь мир пахнет грибами. Люди на улицу выбегают, стоят, задрав головы. Дети кричат: "Радуга-дуга!", - а те, кто постарше, смекают: "Эге, да это грибной дождь! Пойду поищу, куда я засунул свою корзину..." Даже из драки и то художник сделал радугу. Красный - юшка из разбитого носа. Оранжевый - веснушки на разбитом носу. А остальные цвета?.. Никогда не догадаетесь! - а художник придумал. После драки синяк остался под глазом, так сначала он был фиолетовым, потом синим, потом голубым, ещё через день - позеленел, а под конец стал жёлтым. Чем не радуга? Так и жил художник, и только одно его печалило: ужасно хотелось нарисовать ночную радугу, а никак не получалось. Что поделаешь, если радуги ночью не бывает. Ночью один цвет бывает - чёрный. Но художник и здесь выход нашёл. Взял самую тонюсенькую беличью кисточку, протянул руку к небу и коснулся яркой звезды. Звёзд на небосклоне много - и все разноцветные. Вега - голубая, Антарес - кровавый, Арктур - апельсиновый, Капелла и Поллукс - золотистые, Регул - ярко-синий. У многих звёзд художник и названий не знал, но цвет-то видел и кисточкой к ней тянулся. Нашёл даже зелёное светило спектрального класса F-5 (кто не знает, что это значит - пусть спросит у знакомого звездочета). А с фиолетовым цветом вышла у художника ошибка. Фиолетовых звёзд на небе много, но видно их плохо, потому что фиолетовый цвет на чёрном не сразу и различишь. И всё-таки выбрал художник безымянную звёздочку класса 0 и тронул её кистью, чтобы краски набрать. И не заметил, как дрогнула его рука, и кисть коснулась не звезды, а темноты. Напиталась кисть чёрной ночью, и едва художник хотел на картине последнюю полосу провести, как растеклась тьма по всей радуге, зачернила звонкий спектр, и получилась радуга не цветная, а грязная. Вместо красного цвета - бурый, вместо оранжевого - коричневый, вместо жёлтого - серый, вместо зелёного - хаки, вместо голубого - асфальтовый, а вместо синего и фиолетового - угольный и сажевый. Такая вот радуга. Художник с досады кисть бросил и убежал из мастерской, а серая радуга одна осталась. Посмотрела она на себя в зеркало и заплакала чёрными слезами от жалости к самой себе. Кому она нужна - такая замарашка? Соскользнула радуга с картины, забилась под шкаф, чтобы даже случайно никто её не заметил. А как настала густая ночь, проползла грязная ночная радуга под дверь и пошла куда глаза не глядят и ноги не идут. Улицей шла, полем и лесом, и всё глаза никуда не глядели: нигде нет места грязной радуге. Между тем утро подошло, вокруг рассветлелось, птицы начали голоса пробовать, люди просыпаться. Остановилась радуга на берегу речки, перекинулась с берега на берег и так решила: "Буду тут стоять, да на себя смотреть, а как совсем невмоготу станет - тут и утоплюсь. Речки, правда, жалко - вон она какая прозрачная, а станет мутная и нечистая". Так грязная радуга стояла над рекой, то наклоняясь к самой воде, то отшатываясь в испуге. И совсем уже собралась в омут прыгать, как появился на берегу вихрастый мальчишка, тот самый, у которого синяк под глазом разводами был. Увидал радугу, хмыкнул непонятно на мальчишеском языке, пожал плечами и - топ-топ, шлёп-шлёп - перебежал на другой берег и помчался дальше по важным мальчишеским делам. Такого позора ещё никогда и ни с кем не бывало! По радуге только солнце кататься может, да и то сначала дождиком умывшись, потому что чище радуги ничего на свете нет. А чтобы мальчишки как по мосту гоняли... босыми ногами, немытыми пятками... Ни одна радуга такого не позволит, никого близко к себе не подпустит. Но звездная радуга даже не огорчилась. "Так мне и надо, замарашке противной, - подумала она. - Никому я не нужна, никто мне не радуется, вот и пусть ногами топчут, всё равно хуже не испачкают, я и так уже грязнее грязи." Закрыла радуга глаза и замерла словно неживая. Но в воду бросаться не стала. Мальчишка-то назад побежит, как ему без мостика домой попасть? За этот длинный день кто только на радугу ногой не наступал: девочка в баретках, другая в сандалетках, солдат в сапогах, старушка в ботиках и даже лошадь в стальных подковах. А вечером пришёл к реке старый плотник, посидел у воды, покачал головой, сказал: "Красивый мостик, ну прямо как радуга, вот только цвет подкачал...", - а потом приделал радуге точёные перильца; накрепко приколотил железными гвоздями. Вонзились блестящие гвозди в нежную плоть, накрепко пришили радугу к струганной деревяшке. И не надо думать, будто радуге больно не бывает. Иной раз простое слово побольней гвоздя ранит. Обвисла грязная радуга на перилах. Теперь ни в небо улететь, ни в воду броситься - стой как в землю вкопанная. Ночь отмаялась, а наутро ещё ужасней дело приключилось. Старик вернулся и покрасил перильца ласковой бежевой краской. А потом и саму радугу принялся красить. Чужая краска для радуги - верная гибель. Нет в радужном спектре такого цвета - бежевого. "Ну и пусть умру, - решила радуга. - Всё равно меня уже нет". Только и тут по-иному вышло. Проступила наружу ночная тьма, чёрная копоть, съела бежевый цвет, испортила плотнику работу. Так и осталась бывшая радуга грязной. Но старый плотник был упрям. "Верно, плохая краска попалась", - решил он и пошёл за другой банкой. "Он не злой, - уговаривала себя радуга. - Он просто не знает, кто я такая. Он добра хочет и оттого мучает меня беспощадно..." День за днем приходил плотник к реке, приносил самые чистые нарядные краски, красил радугу в разные цвета, а полночная чернь портила дело. Радуга уже и вздрагивать перестала от прикосновения малярной кисти. Не привыкла, конечно, но обтерпелась. А люди ходили по радуге как по мосту и думали, что так было всегда. Однажды среди прохожих радуга увидела художника. Он спустился к воде, присел на камушек и сказал печально: - Боже мой, до чего этот мостик похож на мою самую лучшую радугу! - Так не может быть, - сказала радуга. - Радуга должна быть яркой, и у неё не бывает перил. - На картине бывает всё, - возразил художник. - Кроме грязной радуги, - поправила радуга. - У меня дрогнула рука, - пожаловался художник, - и я испортил мою лучшую картину. Я очень хочу поправить беду. Я собрал девятьсот тысяч семнадцать разных растворителей. Может быть, они сумеют отмыть ночную черноту. - Ночную черноту не отмоет никакой растворитель, - прошептала радуга, - и ничто не смоет приржавевших гвоздей и следов чужих ног... Я думаю, - твоя радуга умерла. Художник услышал эти слова и заплакал. И радуга заплакала тоже. Впервые она плакала не о своей несчастной судьбе, а о горе другого человека. Поэтому некому было увидеть, как светлые слёзы смывают вечную черноту, которую ничто не могло ни закрасить, ни обесцветить, ни растворить. А из-под грязи выступает звездный блеск и чистые краски, которые приносил упрямый плотник. Художник поднял голову и увидал небывалую, невозможную радугу. Самая большая, самая нарядная радуга обязательно уместится в семь полос. А тут... художник смотрел и не верил глазам: над рекой сияла бирюзовая полоса, следом - красная, за ней - жемчужная, потом оранжевая, васильковая, желтая, малиновая, зелёная, муаровая, голубая, белая, каряя, синяя, палевая, малахитовая, фиолетовая, янтарная, сиреневая, лимонная, бордовая, смарагдовая, розовая, лазоревая, серебристая, лиловая!.. а сверху точёные бежевые перильца, каких и вовсе не бывает. - Ни на одной картине я не видал такого, - сказал художник. - Значит, в жизни случаются вещи ещё чудесней, чем на картинах. Только почему ты стоишь на земле, а не висишь в небе? - Не знаю, - ответила небывалая радуга. - Наверное потому, что здесь мой дом. Тем дело и кончилось. Небывалая радуга осталась на берегу реки. Её и сейчас можно там увидеть и даже, если ноги чистые, перебраться по ней на другой берег. Но это днём. А ночью, когда появляются на небосклоне Вега и Антарес, Капелла и Поллукс, радугу на месте не найти. В это время она вспоминает, что она - ночная радуга и должна парить среди звёзд. Не верите? Тогда попробуйте выйти на улицу августовской полночью и посмотреть на небо.

Книго
[X]